Спустя три часа экипаж «Алии» снова сидел в приемном зале Императорского дворца и героически боролся с дремотой. Чуть ниже уровня пола шел допрос захваченного ими пленника. Присутствовать на допросе отказался даже Игорь. Свое равнодушие к судьбе Адмирала он объяснить не смог, но понятливый Ветер и не настаивал на участии Спивакова. Оставив диверсантов на попечение вежливой прислуги, генерал удалился в подвалы, и вот уже целый час организаторы захвата пребывали в неведении о том, что там происходит. И происходит ли вообще. Игорь, например, совсем не был уверен, что Викторов выложит баргонцам все свои планы на первой же минуте. С другой стороны, у Ветра не было времени на реверансы, а значит, с целью получения правдивых показаний, он должен был сразу же применить все известные науке средства и методы.
«Так что, — думалось Спивакову, — Адмирал наверняка заговорил, причем по существу».
Его гениальное предвидение было растоптано буквально через минуту после того, как зародилось. В зал вошел генерал Ветер и, выразительно взглянув на прислугу, приблизился к зевающей делегации. Лакеи быстренько растворились, и Ветер, уже не сдерживая эмоций, заявил:
— Ваш безумный проект оказался полным дерьмом… В общем, как я и предполагал, это не Викторов! Император смеялся над нами минут десять…
Игорь был готов услышать что угодно, но только не это. Однако на лице генерала не было ни малейших признаков улыбки или ироничной усмешки, и пилоту стало не по себе. Не Викторов? Тогда кто? Неужели хитрющий Адмирал успел внести в прибор слежения другие параметры? Когда? И где? Даже на Земле, в самом современном компьютерном центре, это заняло бы довольно долгое время. Ввести в поисковую систему все необходимые данные о рисунке биополей, сетчатки и прочих неповторимых признаках конкретного человека мог только специальный компьютер. Никакому бортовому киберпилоту на это не хватило бы ни ума, ни фантазии…
— Я могу поговорить с пленным? — поинтересовался Игорь.
— Сколько угодно, — раздраженно ответил генерал. — Только учтите, что это будет бесполезной тратой времени.
— Мы попали в цейтнот? — приходя в себя и от этого, как всегда, необоснованно наглея, парировал Спиваков.
— Попали вы, — поправил Ветер, — но теперь втянули и нас.
— Простите, ради бога! — зло сверкая глазами, крикнул Игорь и сделал вид, что готов упасть на колени.
Генерал немного опешил, а Спиваков воспользовался его замешательством и, закончив беседу, быстро пошел в направлении казематов.
Игорь почти физически ощущал, насколько тяжелым взглядом проводил его генерал, но это Спивакова не беспокоило. Было ясно, что стрелять пилоту в затылок баргонец все равно не станет…
Псевдо-Викторов сидел в неудобном кресле, уставившись немигающим взором на серую стену. Из его полуоткрытого рта на ворот форменной куртки сбегала струйка слюны. Дышал он судорожно, словно только что закончил безудержно рыдать, а его лежащие на подлокотниках пальцы отбивали монотонный ритм.
— Что это с ним? — спросил Игорь у собирающего инструменты человека в белом костюме.
— Мультики смотрит, — охотно ответил экзекутор.
— Галлюцинации? — догадался Спиваков.
— И да, и нет, — человек покачал головой. — С ним можно вполне адекватно поболтать, но та часть сознания, что отвечает за волю и принципы, сейчас занята просмотром сновидений наяву. Действие препарата основано на…
— Достаточно, — остановил Игорь медика.
— Как вам угодно, — равнодушно ответил тот и удалился.
— Как тебя зовут? — заглядывая в остановившиеся глаза пленника, спросил Спиваков.
— Иван, — с готовностью ответил тот.
— Иван Викторов? — уточнил Игорь.
— Сотников, — ответил офицер. — Старший помощник капитана крейсера «Адмирал Викторов»…
— Что?! — в мозгу Спивакова вдруг вспыхнул неугасимый факел прозрения, на который сверху тотчас обрушился целый ушат ледяной воды самобичевания.
Он понял, что был самым настоящим безмозглым ослом! Высокопоставленным, как подчеркнул Миша, но абсолютно бездарным аналитиком и руководителем! Слепцом, который не смог разглядеть намалеванной метровыми буквами подсказки! Самовлюбленным двоечником, который чрезвычайно гордился тем, что умеет сложить два и два, но так и не разобрался в проблеме умножения тех же чисел! Адмирал Викторов! Человек, которого никто никогда не видел! «Адмирал Викторов»! Человек, звание которого, по непонятным любому разумному существу причинам, писалось так же, как фамилия — с большой буквы! Просто Адмирал Викторов! Тот, кого беспрекословно слушались непокорные биомехи! Тот, кто никогда не ошибался на войне, строил новый флот, но совершенно не умел управлять Галактикой в мирное время. Потому, что был рожден не для этого!
Потому что так же, как его биомехи, был боевым кораблем!
