Они проделали уже три четверти пути к «Соколу» и скоро должны были начинать торможение. А сообщение, которое прислала им Элви — о том, что они могут пристыковаться, и она проследит, чтобы не было проблем, и что их уже ждут — оставляло ощущение нормальной жизни, которое совсем не соответствовало ситуации. И даже после того, как в ответ Наоми передала траекторию их полета и координаты ожидаемого пересечения, Джим был смущен абсурдностью отношения как к простому визиту в гости на ужин, в то время как на самом деле эти действия больше походили на заговор и государственную измену. Однако «Деречо» не пошел за ними через врата, а здесь спрятать корабль негде. Когда-то на системе Адро могла существовать жизнь. Сейчас осталась лишь звезда, зеленый алмаз размером с газовый гигант, плюс «Сокол» и «Росинант».
Пробравшись к лифту, Джим медленно проехался на нем вверх сквозь сонный корабль, на командную палубу. Алекс стоял возле кресла-амортизатора, держал в руке грушу с напитком, а на экране перед ним сияли врата. Теперь они остались достаточно далеко позади, и, выйдя наружу, Джим не различил бы их среди миллиардов звезд. А телескоп показывал исходящие от них волны энергии, подобные северному сиянию.
— Привет, — сказал Джим.
Алекс оглянулся через плечо.
— Ты что не спишь?
— Не мог уснуть. Решил посмотреть, не хочешь ли ты, чтобы я постоял на вахте.
— Я в отличной форме, — ответил Алекс. — Ритм сбился, и кажется, сейчас послеобеденное время. Не хочешь пива?
— Послеобеденного?
— Не утреннего же.
Алекс извлек из своего кресла еще одну грушу. Джим подхватил ее на лету, отломил пробку и сделал большой глоток.
— Никогда не понимал тех, кто любит пить пиво без гравитации, — сказал Алекс. — Это же не напиток, а просто какая-то слабоалкогольная пена.
— Не спорю, — ответил Джим и кивнул на экран. — Что там?
— Ничего нового, вот только... — Алекс указал на сияющее кольцо. — Не знаю. Все смотрю на него. И гадаю, что за чертовщина там происходит.
— Ну, оно все же нас не убило. Для начала неплохо.
— Это точно, могло быть хуже. Но... Вот ты думаешь, будто что-нибудь понимаешь, да? А потом оказывается, что ты просто привык. Оно раз за разом что-то делает, и через некоторое время ты думаешь, что так оно и работает. А потом раз – и оказывается, что это нечто совершенно другое
— Как использовать микроволновку вместо светильника, потому что внутри у нее есть свет, — сказал Джим.
Он пытался вспомнить, где услышал этот пример.
— Ага, точно, — ответил Алекс. — Думаешь, что понимаешь суть, а оказывается, это просто поверхностное знакомство.
Джим глотнул еще пива. По понятным причинам хмель отдавал грибами.
— Я надеюсь, Элви что-то об этом знает. То есть, я имею в виду, понимает лучше, чем мы.
— Будем надеяться, — согласился Алекс, выжал из груши остатки пива и забросил ее в утилизатор. И рыгнул, удовлетворенно и громко.
— Сколько ты уже выпил? — спросил Джим.
— Так, чуток.
— Ты что, напился?
Алекс подумал.
— Немного есть. — Он тяжело опустился в кресло-амортизатор. — В детстве у меня была реально дерьмовая нянька. Мне было девять, а ей шестнадцать. Мы смотрели ужастик. Под землей жил здоровый котяра-монстр, и его разозлили какие-то сейсмические исследования. Он вылез на поверхность, стал раздирать города и рушить туннели. Напугал меня до смерти.
— В детстве что только ни пугает, — заметил Джим.
— Да я знал, что это не по-настоящему. Я был мелкий, но не дурак же. Но я все равно боялся его, и кое-какие слова отца помогли с этим справиться. Знаешь какие? Он доказал, что кот настолько не масштабируется.
— Не масштабируется?
— Объем исчисляется кубометрами. Такой здоровенный кот, способный раздербанить город, не поднимется на лапы, даже при марсианской гравитации. Его кости сломаются под собственным весом. И мне этого оказалось достаточно. Я перестал бояться, потому что понял — так не выйдет. И сейчас прямо как тот кот — это не масштабируется.
Джим на секунду задумался.
— Либо ты перепил, либо я недопил. Я не понимаю.
— Все врата. Все системы. Это слишком много для нас. Больше, чем мы вообще можем объять. Я хочу сказать — ты когда-нибудь думал, каково наблюдать за всеми системами, сколько их там сейчас? Даже просто увидеть, где мы? Тысяча триста семьдесят три штуки врат...
— Семьдесят одна. Танджавур и Текома пропали.
— Тысяча триста семьдесят одни врата, — согласился Алекс. — А теперь допустим, ты планируешь лететь так, чтобы не тормозить, входя во врата. Разгоняешься до самых врат, а потом тормозишь всю дорогу до планеты. Тебе может понадобиться целый месяц.
— И реакторной массы не хватит.
Алекс отмахнулся от этого возражения.
— Ну, допустим, ты запасся перед полетом. И реакторной массой, и топливом, и едой, всем. И еще жидким гелием для избавления от избыточного тепла.
— Значит, игнорируем все возможные ограничения?
— Да. Пять миллиардов километров за месяц, и так каждый месяц. Совсем без дрейфа. Не останавливаясь на планетах. Только...
Он выбросил вперед руку, изобразив скорость.
— Ладно.
