Пока капитаны ниже, уже остановившиеся перед собирающимися в отряды стражами, раздавали друг другу команды (в том числе капитан Мосс заранее отдал команду Шенку не подходить к нему ближе, чем на пять шагов), Лирой уже значительно ускорился, и обогнал даже некоторых стражей, только-только собравшихся в путь, направляясь ко выходу. Кирк и Термисорра, как обычно, пришли к месту сбора не спеша и почти последними, не отходя друг от друга ни на шаг. Термисорра не задавала Кирку никаких вопросов, будто уже на подсознательном уровне понимая, что будет делать тот. Кирк же, что явно еще не дошло до будто практикующей телепатию Термисорры, заранее решил следовать за тем силуэтом, все это время указывавшем ему путь в моменты, когда его одолевали сомнения. Он был уверен, что это доброе наваждение, и оно поможет ему собрать все выстроившиеся у него в голове пазлы в общую картину происходящего. Он еще не понимал, почему его видит, и почему силуэтом тем была девочка не более чем восьми лет, но надеялся, что вспомнит эту деталь своего прошлого позже. Жаль, что это было вовсе не его прошлое, и было оно совсем не таким добрым призраком, как он считал. Ведь эта девочка умерла страшной смертью, и уже давно, и совершенно точно не желала ему добра, ведь именно он стал причиной ее смерти. По крайней мере, так должно было быть.
Все пять отрядов выстроились в шеренги перед своими капитанами, и свое место, вместе с Термисоррой, занял Кирк. Состав каждого отряда выглядел совсем непримечательно, за исключением отряда Лироя, в который, наверняка по собственной воле, вступили все присутствовавшие в библиотеке девушки. Их было не так много, всего четыре человека, и только две из них носили шлемы, но даже Кирку это, на мгновение, показалось забавным. Шенк и Мосс внешне были жутковаты, а Кирка и без того сопровождала не обделенная красотой молодая Термисорра, и им наверняка было приятнее подчиняться приказам привлекательного, мужественного командира. Так, пожалуй, с истинными представителями его имтердова рода, то есть рода Кацер, было всю его историю.
Едва все собрались и заняли свои места, Лирой, дважды, напоследок, окинув составы отрядов изучающим взглядом, наконец, легко выдохнул, и взялся руками за рукояти своих мечей. Этот жест показался некоторым довольно странным, но все сразу встало на свои места, когда он заговорил.
– Принимаем оружие на изготовку – никто не знает, что будет снаружи, когда мы откроем эти двери. – с характерным шуршанием и звоном достал из ножен мечи он. – Двигаемся быстро и без особого шума. Темп шага задают раненные из моего отряда, его стараемся не нарушать. Соседние отряды на втором и третьем этаже следят за обстановкой соседей, и, в случае необходимости, предпринимают решительные действия. Снова вопрос к Шенку, как к самому старому вояке – будет ли лучше молчать, или разговаривать всем, кроме капитанов, чтобы отпугнуть потенциальных врагов количеством голосов?
– Хрен там этот хрыч – старый вояка. – усмехнулся Мосс.
– Думаю, будет лучше молчать, чтобы не привлекать внимание. Все разговоры – шепотом, если это не команды капитанов или наблюдение противника кем-то из воинов. – явно проигнорировал старого товарища, с которым тот был на ножах еще до службы в Шеагральминни Шенк.
– В таком случае, это все, что я хотел сказать. Все готовы? – уже громче и явно подстегивая остальных крикнул Лирой.
«Так точно!» – разнеслись по округе, ничуть не тише прежних слов с использованием окто Лироя, голоса собравшихся, едва переплетенные с чьими-то «Да!» и «Готовы!». Наверняка, это были слова бывших заключенных, а также Кирка, с его простеньким «Всегда готов», да настолько тихим на фоне окружающих криков, что его едва услышала стоящая рядом Термисорра, также повторившая «Так точно», а от слов Кирка, с его бесподобным каменным лицом, даже чуть усмехнулась.
Этот групповой крик, совмещенный с лязгом доставаемых из ножен мечей, стуком древка алебард о пол, и скрежетом тетивы заряжаемых арбалетов, воодушевил теперь всех, включая и самого Лироя, Кирка и Термисорру. Все выглядели и вправду готовыми к любой передряге, и, кажется, их командиру удалось вернуть всем этим воинам боевой настрой. Он даже не заметил, как воины и воительницы из его отряда передали свои арбалеты членам «самостоятельного» отряда и отряда Шенка, которым наверняка будет проще ими пользоваться с третьего этажа. Сам готовый биться до последней капли крови, как, о чем он думал, единственный октолим в этой группе, Лирой все крепче сжимал рукояти своих брусийских скимитаров. Его решимость, как и решимость всей его группы, была непоколебима. «Как только мы покинем эту тюрьму, заглянем все вместе в ближайшую таверну» – сам едва поймал себя на улыбке при подобной мысли он. С таким, полным смелости веселым лицом, он подошел к дверям, и руками, как никогда сильными, нажал на них.
