Кажется, "самостоятельный отряд" и отряд Мосса что-то не поделили еще по пути, и не сразу смогли решить, кто пойдет по лестнице вверх первым. Пока они думали, а за этим, не понимая сути внезапной путаницы, наблюдал отряд Лироя, отряд Кирка уже пропустил вперед отряд Шенка, и шел за ними следом, также обходя стороной остатки бывшей темницы Литого Рыцаря. Как раз к тому моменту, как отряд Шенка добрался до третьего этажа, а отряд Кирка добрался до второго, Лирой почти вручную растолкал разбрасывающихся нецензурными выражениями воинов Мосса, и они, кое-как, начали подниматься наверх. Пока отряд Лироя проходил вперед, поставив раненых людей в окружении не раненых, а отряды Мосса и самостоятельных людей подходили к началу прямого холла на своих этажах, Кирк продолжал крутить в голове картины прежних дней, в которые он чувствовал себя по-настоящему живым. Он вспомнил почти все, что было так ему необходимо, хотя и до сих пор не понимал некоторых важным аспектов бунта в Шеагральминни и его в нем участия. Теперь ему это было уже не важно, ведь он вспомнил что-то куда важнее, и очень хотел поделиться этой радостью с Термисоррой, хотя еще и не решил, как ему стоит об этом заговорить.
– Ты улыбаешься? – также улыбаясь, но уже отпустив руку Кирка, смотрела на него она.
– Да. Вспомнил много всего хорошего. – кивнул он головой, сам немного удивленный, как она, возможно, прочитала его мысли.
– Ты же вспоминал про нас, правда? Когда мы были вместе, еще в Дельсберге.
– Да. Почему ты не сказала об этом в начале нашей встречи? Ты же знала?
– Ммм… – вдруг как-то отвела взгляд девушка. – Раньше ты выглядел иначе. Ты не знаешь, почему?
– Хорош трындеть, ядрена вошь. Все сюсюкаются и сюсюкаются. – грубо, нагло, и просто отвратительно, сделав голос более глупым и, якобы, смешным, прервал разговор Кирка и Термисорры уже дошедший со своим отрядом до нужного места Мосс. – Кругом убийства, кровь, и нас окружают одни враги. А они все сюсюкаются. Вы бы еще на месте потрахались.
Услышав последнее, презрительный взгляд Кирка будто насквозь пробил толстое лицо Мосса, пускай тот специально на него не смотрел, хоть и видел периферийным зрением. Термисорра же, густо покраснев, мгновенно прикусила язык и спрятала взгляд. Лирой, стоя ниже, только тяжело вздохнул, потерев большим и указательным пальцами правой руки лоб у висков.
– Командир приказал вести себя тише. Закрой хлеборезку, и следуй приказам. – ничуть не меняя лица, кинул Моссу с третьего этажа Шенк.
– Ты что там вякнула, палка от метлы?
– Все отряды – убавьте громкость. – громко, чтобы все наверняка услышали и замолчали, крикнул Лирой. – Если кто-то хочет поговорить, сделаете это на выходе. По информации, которую нам принес из хранилища пятый отряд, где-то впереди все еще может бесноваться Литой Рыцарь. Тем более, если кто-то захочет пройти в хранилище из любой части тюрьмы – им придется пройти через южную часть. Будьте начеку, или ругаться потом будете на том свете.
Больше ни у кого вопросов не было.
Едва Лирой подал соответствующую команду, все отряды сорвались с места, и отправились в путь. Они шагали почти синхронно, как было принято даже среди не особо дисциплинированных стражей Шеагральминни, и потому шли примерно с одной скоростью. На их пути не было почти никаких препятствий, и трупы, в основном, заключенных здесь встречались достаточно редко. Отряд Кирка даже не обратил внимания на испуганного заключенного, все еще сидящего в своей камере, провожающего их взглядом. Это был довольно редкий для Шеагральминни случай, ведь Коселло более чем активно агитировал заключенных из открываемых его людьми по пути камер бежать, или разносить остальную Шеагральминни по кусочкам. С того момента прошло немало времени, и все, кто хотел, уже давно покинули камеры и казармы. Шаги группы Лироя были слышны слишком отчетливо, чтобы подпустить к себе незадачливых мародеров, все еще тянущихся к хранилищу. Их было уже совсем немного, и с ними группа почти не пересекалась. По крайней мере, те, кто случайно, каким-то образом не разобрав их присутствия, попадались им на пути, так же спокойно с него сходили. Скорее всего, они думали, что эта группа тоже направляется в хранилище, и так отдельным индивидам там совсем ничего не останется, и потому просто разворачивались, и уходили. Была и другая, также вполне вероятная, причина. К тому моменту по тюрьме уже блуждали наемники из группы зачистки, подконтрольные Мерсеру, но для нападения на столь крупную группу их сил было недостаточно.
