Падение Рипера полностью

– Все пожарные – игроки, – сказала она мне. Так что развлекайся с ним, но не особо обольщайся. Тебе нужен кто-то стабильный. Наш новый охранник продолжает флиртовать с тобой ...

Но мне не хотелось ей верить. Мы с Грегом идеально подходим друг другу – как в сказке. Кроме того, он парамедик, и я уже несколько месяцев наблюдала, как он работает. Красивый, стройный ... грубоватый и готовый в том смысле, который мне не хотелось признавать, он меня полностью заводил, но это было так. Так оно и было.

«Он напоминает тебе Пэйнтера», – коварно прошептал мой мозг.

«Заткнись, сука!» – зашипела в ответ моя вагина. У него, наверное, очень хороший член.

«Ты пьяна. Перестань быть такой шлюхой».

«Ты игнорируешь член – у нас не было секса целую вечность!»

Я моргнула, понимая, что мой мозг был на 100% прав – я определенно была пьяна, потому что иначе какого черта я представляла себе спор со своей вагиной посреди танцпола?

Возьми себя в руки, девочка Мелли.

Грег пригласил меня в «Железный конь» выпить (что превратилось во множество напитков), и теперь была почти полночь. Музыка была дерьмовой, но толпа была в восторге, и я хорошо проводила время – достаточно хорошо, чтобы всерьез задуматься о том, чтобы поехать с ним домой. Ну, для чего-то серьезного. «Думала», возможно, не самое лучшее слово, учитывая, что все стало чертовски нечетким после того последнего раунда шотов. Но я определенно была возбуждена, и прошло много времени с тех пор, как я трахалась. Со времен дантиста – нет … тьфу. Это было ошибкой.

Он был таким ... чистый.

Грег уткнулся носом в мою шею, потом я почувствовала что‑то теплое и противное. Ой. Мой. Бог. Он вылизывал меня? Да. Он вылизывал меня, как какая‑то собака. Ладно, может пойти с ним домой, не такая уж хорошая идея.

Все это проносилось в моей пьяной голове, когда внезапно Грег исчез. Я чуть не упала, когда чья-то твердая рука обхватила меня за талию, и я почувствовала высокое, сильное тело, пахнущее кожей и едва уловимым запахом льняного масла.

– Пора сваливать, Грег, – произнес знакомый голос. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит. Грег смотрел на меня, что-то похожее на ужас промелькнуло на его лице.

– Она твоя? – спросил он.

– Мать моего ребенка, – жестко ответил Пэйнтер. – Ты хочешь потрахаться, Грег? Ты хочешь трахнуть маму моей Иззи? Дай угадаю – ты хочешь попробовать все виды грязного дерьма с моей девушкой. Как ты думаешь, чем это закончится для тебя?

Глаза Грега наполнились ужасом, а затем он отступил так быстро, что я удивилась, не услышав ни «бип-бип», ни свиста.

– Извини, Пэйнтер. Не хотел проявить неуважение.

Внезапно он исчез, бросив меня на танцполе, как ЗППП. Я отпрянула от Пэйнтера, набросилась на него и ткнула пальцем в грудь.

– Кем ты себя возомнил, блядь?

Он посмотрел на меня сверху вниз, его лицо было мрачным.

– Каково правило, Мел?

– Что?

– У нас есть одно правило – какое?

– Что ты мудак?

– Держись подальше от моего мира, – сказал он. – Я отступил, не претендуя на тебя. Но и ты держись подальше от моего мира, а это значит – никаких байкеров.

– Грег не байкер.

Пэйнтер приподнял бровь. – Он постоянно болтается с «Риперами». Или, по крайней мере, был хэнгэраундом. Теперь, когда я увидел его руки на твоей заднице, у меня такое чувство, что он больше не будет здесь ошиваться. Все равно мне никогда не нравился этот ублюдок.

Я моргнула, пытаясь сфокусировать взгляд, как в прямом, так и в переносном смысле. Все было бы намного проще, если бы я не выпила так много. Дерьмо.

– Откуда мне было это знать? – спросила я, расстроенная тем, насколько невнятны мои слова. Я не смогу противостоять этому ублюдку, если даже не смогу правильно говорить.

– Надо было спросить, – сказал он. – А теперь заплатишь штраф.

Я моргнула, пытаясь осознать это, а затем прежде, чем успела сказать: «ненавижу байкеров», Пэйнтер схватил меня за бедра и рывком притянул к себе. Он достаточно прикасался ко мне за эти годы, чтобы я хорошо понимала, что неистовое влечение между нами никогда не умирало. Теперь оно с ревом ожило, затуманивая мои мысли почти так же, как водка. Мы начали раскачиваться в такт музыке, я прижалась к нему, когда его рука медленно погладила меня по спине. Другой рукой он поймал мою голову и прижал к своей груди.

Знакомая боль пронзила мой живот, и хотя я должна была сказать ему, чтобы он отвалил, я не была полностью уверена, что смогу стоять прямо, если не буду держаться за него. Если бы он хоть что-то сказал, если бы он хоть начал меня лапать, то я бы собрала всю свою силу воли, чтобы остановить его. Вместо этого мы просто медленно танцевали.

Я почувствовала, что падаю вниз.

Это было приятно. Слишком, слишком приятно.