Смеялся? Уехав в Гранат, она ни разу не видела, чтобы Никодим смеялся, а теперь его глаза сияли. Другой мужчина был крупным, с черными кудрями до плеч. Он коснулся ладони Никодима с теплом, их взгляды пересеклись. Она видела такой взгляд раньше, так мама смотрела на мамусю. Это объясняло, почему Ядвига не переживала, что Бригида будет с ним — в их браке уже был третий. Ядвига не подавала виду, что это беспокоило ее. Может, она была не против делиться любимым с другими.
— Мы готовы? — спросила Уршула.
Двое мужчин повернулись, когда они с Уршулой вошли, и красивый мужчина поклонился.
— Дамы, вы выглядите упоительно этим вечером.
— Эх, обещания, — Уршула закатила глаза. — Так напои меня, Анатоль Быльски.
— Выше нос, Уршула, — отозвался Анатоль. — Ты можешь найти кого-нибудь лучше меня, — Анатоль повернулся к Бригиде, поклонился и взял ее за руку. — Я растерян, леди. Вы мое имя знаете, а я еще не узнал ваше.
Его пристальный взгляд бледно-зеленых глаз заставил ее сердце биться чаще. Она кивнула.
— Бригида Мрок.
Она месяцами не называла себя этой фамилией. Казалось неправильным произносить это вслух.
— Нико, как ты скрывал от меня такую красоту все время? — Анатоль игриво стукнул Никодима по руке.
Никодим проигнорировал это.
— Готовы?
Бригида кивнула, подавив тоску по дому, что бурлила в ней. Этой ночью нужно было сосредоточиться на задании.
Группа покинула поместье, Анатоль говорил за всех них.
— Я рад, что ты хочешь помочь нам, Бригида, — сказал Анатоль в карете. — Мой отец стал невыносимым с этим культом. Не дает мне и слова плохого про них сказать. А теперь этот «пророк»? Он, кхм… увидишь сама, когда доедем.
Она кивала, в горле пересохло. Они прибыли в поместье Быльски, где собралась толпа, и снаружи уже было слышно голоса. Она была тут не для общения, но часть ее ждала увидеть редкое: жемчуг на красивых платьях, камни на пальцах и в ушах, замысловатые танцы и необычные угощения… То, чего она якобы хотела. Но это все стало пустым, когда она потеряла всех, кого любила.
Никодим протянул локоть, и Бригида обвила его, и они вошли в роскошно украшенную прихожую: стены из гранита и арки из дубовых бревен, вазы и гирлянды мака. Ярко-красные с темными центрами, маки часто были первыми цветами, что цвели на выжженных полях, символы войны.
Главный зал был куда меньше, чем в поместье Волски, но был полон гостей. Нарядные люди собрались вокруг высокой фигуры, стоящей, подбоченившись. Хоть он был спиной к Бригиде, его легкая уверенность была заметна даже в том, как он склонял голову в стороны, словно хотел лучше слышать шутку. Золотые волосы задели ее сильнее. Каспиан? Он мог тут быть?
Нет, она просто видела это, потому что поместье напоминало его дом. Ее разум блуждал, вспомнил зимнюю ночь Коляды, когда она в последний раз посещала его там. Сначала было чудесно, а потом реальность надавила на нее и случилась катастрофа…
— Это тот гад? — прорычала Уршула, кивнув в сторону мужчины с золотыми волосами.
— Точно, — сказал Анатоль.
Никодим без усилий повел ее сквозь толпу, его поступь была уверенной, а улыбки и любезности — фальшивыми. Она еще не видела его таким, но, как узнала в поместье Волски, политическая жизнь порой требовала масок. Леди Рубина была мастером в этом.
Кольцо женщин окружало Пророка Велеса, красивое лицо его почти сияло, пока он говорил с ними, он широко размахивал руками. Его прическа была идеальной, хорошо сшитый наряд сиял вышивкой.
— Когда мы покидали Смарагд прошлой осенью, их урожай был втрое больше, чем в прошлые годы. И все стараниями Велеса.
— Слава тьме! — ответили женщины вокруг него. Все они были в схожих черных платьях с высокими воротниками и множеством пуговиц на спинах, на груди висели броши в виде рогатой змеи.
Видимо, это были инквизиторы, о которых она слышала. Среди них были те, кто приложил руку к смерти Аниты? Бригида сжала кулак, Метка Велеса на ладони болела.
— Насколько я слышала, тот регион страдал от голода, — вмешалась Уршула.
Голубые глаза мужчины посмотрели на Уршулу, и он изобразил улыбку, которая не задела его глаза.
— Искать внимания ложью — дело ведьм.
В комнате стало тихо.
Уршула уперла руки в бока.
— Я тебе не девочка, а дочь лорда Граната, и ты будешь уважать меня, как того требует мой титул.
Он покачал головой.
— О том я и говорил. Женщинам нельзя верить на слово, потому что мы не знаем, кто из них — ведьмы, просто ищущие внимания. Потому им нужно служить. Только под управлением того, кто слышит голоса богов, те женщины могут отыскать истинную цель. Не искать внимания или щеголять телами, — он прищурился, глядя на Уршулу.
— Я не служу мужчине, — Уршула сжала кулак, и только ладонь Никодима на ее локте остановила ее от удара, хотя она стиснула зубы, словно хотела бы поправить черты лица пророка.
Но женщины в черном плотнее обступили его, создавая щит из своих тел. Добраться до него будет непросто.
— Помни свое место, девочка, — сказал пророк. — Ты не должна угрожать тем, кто избран темным богом.
Метка-полумесяц пульсировала. Он не был избран, это было точно. Бригида не могла больше это терпеть.
