Через полсекунды мы все вскакиваем на ноги, обнажаем оружие и приседаем в защитных стойках. Но угрозы нет, по крайней мере, для нас. Просто каждая вторая невинная жизнь в Новом Орлеане. Кровь и слюна размазаны по грязному стеклу, и мужчина отчаянно зовёт на помощь. Его умоляющие глаза ярко-красные, а из ушей течёт кровь. Он снова колотит по стеклу, умоляя кого-нибудь впустить его, взывая к Богу спасти от этого несчастья, прежде чем рухнуть на тротуар.
Мы в ужасе наблюдаем за происходящим, кажется, часами, никто из нас не уверен, что делать. Когда я, наконец, выхожу из охваченного ужасом транса и делаю шаг вперёд, Люцифер останавливает меня.
— Уже слишком поздно, — мрачно говорит он.
— Что? Этому человеку нужна помощь! Тойол, вызови скорую!
Но даже он знает, что Люцифер говорит правду, и ничего не предпринимает. И, судя по каменному выражению лица Кейна, на этот раз он согласен с Люцифером.
Уже слишком поздно. Мы уже опоздали.
— Это происходит, да? — шепчу я, и в голосе слышится боль. — Она здесь.
— Кто? — спрашивает Тойол.
Мы ещё не добрались до этой части, не рассказали ему всю историю.
Я поворачиваюсь к нему, мои широко раскрытые глаза остекленели от страха.
— Мор. Она здесь.
Мы выбегаем через заднюю дверь как раз в тот момент, когда слышится приближающийся вой сирен. Я понимаю, что нужно оставаться незамеченной, но мне неприятно оставлять умирающего человека на улице. Мы должны что-то предпринять. Но, честно говоря, что?
— Кажется, я говорил тебе не звать Лилит, — огрызается Люцифер, когда мы сворачиваем за угол на боковую улицу.
— Я ей не звонил, — так же язвительно парирует Кейн. — Она знала, что мы идём сюда. Должно быть, последовала за нами.
У Тойола и Кейна внедорожник припаркован в нескольких кварталах, и мы пробираемся к нему сквозь необычно поредевшую толпу покупателей и завсегдатаев баров.
— Кто-нибудь должен мне это объяснить, — говорит Тойол, запрыгивая на пассажирское сиденье. Кейн за руль — Это сделала Лил? И какое, чёрт возьми, отношение она имеет к Мору?
— Она Мор, — отвечает Кейн. — Она одна из Всадников Люцифера, наряду с Тёмной Королевой и Иден.
Тойол поворачивается ко мне, на его лице написано недоверие.
— Иден?
Я киваю.
— Смерть. Я четвёртый.
— А королева. Она…
— Война, — отвечаю я. — Взрывы за границей. Причина — она.
— Твою мать. Она это сделала?
— Это не совсем её вина, — отвечает Люцифер, удивляя всех нас своей честностью. — Она не может это контролировать, так же как и Лилит. Смертоносный штамм гриппа, — первая чума, и проявляется сильнее, когда она рядом. Габриэлла тоже не могла остановить порыв. Она понятия не имела, что стала причиной массового уничтожения.
— А что дальше? Голод?
Люцифер кивает.
— Саския. Чёрный всадник.
Тойол хмурится в замешательстве.
— А Саския?..
Люцифер фыркает от неохоты, прежде чем ответить.
— Дочь Айрин. Она была у меня в плену после того, как Айрин не могла её контролировать. Но она теперь здесь.
Сбитый с толку, Тойол смотрит на Кейна, который рявкает:
— Она здесь? Когда, чёрт возьми, ты собирался нам это сказать?
— Когда необходимо было знать. — Люцифер раскрывает ладони в притворном согласии. — Теперь необходимо.
С водительского сиденья доносится рычание, но Кейн молча выпускает дым, уводя внедорожник прочь от Французского квартала.
— Куда мы направляемся? — спрашиваю я, когда мы проезжаем Канал-стрит.
— На конспиративную квартиру. Тула бы отправилась Лилит, — почти ворчит Кейн.
— Ни в коем случае. Отвези нас обратно в отель, — приказывает Люцифер с ноткой властности.
— Нет, чёрт возьми. Ты знаешь, что мы не можем ступить внутрь, и я ни за что не выпущу Иден из виду. И я чертовски уверен, что не позволю ей сбежать с тобой снова. Легион оторвёт мне голову.
— Если ты отведёшь Иден к Лилит, мы все потеряем головы. Ты что, не понимаешь, кто она? Она Смерть. И если активируется, этот мир и всё в нём погибнет. Чем ближе она будет к трём другим Всадникам, тем скорее выполнит своё предназначение.
— Мы будем защищать её, как делали это всегда.
— Как всегда? Ты даже не знал, где она была почти неделю. И не забывай, я поймал её во время дежурства Сем7ёрки. Уриэль захватил её в плен под присмотром Сем7ёрки. Её сестра чуть не погибла… и все это под присмотром Сем7ёрки. Это больше не ваша битва, демон. Пусть взрослые сами разбираются.
Я поднимаю взгляд и вижу, что Кейн смотрит на нас в зеркало заднего вида, его взгляд чёрен, как ночь. Он ждёт меня… ждёт, когда я сделаю выбор. Сем7ёрка, те, кто проявил ко мне милосердие и сострадание, когда их миссией было убить, или Люцифер, правитель Ада, который украл меня у них и обрёк на такую судьбу. Выбор несложен, но тошнота скручивает желудок, пока я пытаюсь определить наилучший план действий.
— Он прав, — бормочу я. — Люцифер прав. Это слишком рискованно, мы не знаем, где Габриэлла или Саския. Если остаться с Люцифером — означает, что я разделена с ними, тогда, возможно, мне стоит остаться с ним.
