— Не считал. Наверно, десятки миллионов. Это легкие деньги, они приходят и уходят… Их не жаль.
— Ну что ж, — начал Бланканалес, — думаю, мы могли бы…
— Открывайте свое дело, — посоветовал Болан.
— Что?
— Используйте военный фонд для организации предприятия. Давайте трезво смотреть на вещи. Вы серьезно рискуете, верно? Ну так пусть риск приносит доход.
— И какое же предприятие мы можем сделать? — спросил Шварц, которому эта мысль не показалась такой уж нелепой.
Болан пожал плечами.
— Ну, выберите себе что-нибудь подходящее. Я вижу несколько возможностей: промышленный контршпионаж, большие услуги маленьким странам. Вы парни тертые и хитрые. Если такая работа вас не устраивает…
Друзья переглянулись. Идеи, как пчелы, уже роились в их головах.
— И все же, — сказал Бланканалес, — если мы когда-нибудь понадобимся…
Болан улыбнулся и протянул им руку.
— Ладно, ребята, сматывайтесь. Гаджет, пусть фургон останется у тебя. Я найду себе другой.
Непродолжительный союз ветеранов и единомышленников прекратил свое существование.
Бланканалес и Шварц оставили Болана в одиночестве. Они прошли мимо закопченных и обугленных символов осады Сан-Диего, хлопнули дверцами своих машин и поехали на запад. А куда — одному Богу известно.
Мак Болан, обреченный до конца своих дней играть роль Палача, тоже устроился за рулем «феррари». Путь его лежал на восток. Он рассчитывал выехать на ближайшую автостраду и добраться до Филадельфии, где его уже ждал другой ад.
Отныне Хоулин Харлан, друзья и город Сан-Диего стали достоянием прошлого.
Будущее простиралось перед ним, как бесконечное поле боя, которое Мак называл про себя «кровавой тропой».
Только безумец мог вести такой образ жизни.
Только безумец или покойник мог от нее отказаться.
Болан мрачно улыбнулся, глядя на линию горизонта, чуть посветлевшую на востоке.
— Ну, посмотрим, кто кого, падаль, — пробормотал он.
Для Филадельфии такое начало не предвещало ничего хорошего…
Мак Болан хорошо знал, что этот врач никогда не задавал своим пациентам лишних вопросов. Доктора вполне устраивало то, что дело он имел с достаточно богатой публикой, способной щедро оплатить его услуги. А стоили они немало, поскольку каждый жест, каждое действие врача были вне закона с того самого момента, как только очередной клиент переступал порог его кабинета. Давным-давно его имя было вычеркнуто из списков Ассоциации медиков. По нелепому стечению обстоятельств довелось ему тогда расстаться со своей профессией: он угодил в тюрьму за сущий пустяк, который и преступлением-то в штате Нью-Йорк не считается, — за аборт. Но в тюрьме доктор время даром не терял и завел знакомства среди самых различных категорий преступников: сексуальных маньяков, «медвежатников», террористов, торговцев наркотиками, мелких воришек и крупных мошенников.
Отсидев положенный срок в тюрьме Синг-Синг, Уайт Байрон отнюдь не горел желанием становиться на стезю праведную. Среди его клиентов были проститутки, страдающие соответствующими заболеваниями, друзья и друзья друзей с ножевыми или пулевыми ранениями, которые по разным причинам не хотели светиться в обычной клинике.
Выйдя на свободу, доктор первым делом позаботился о лекарствах. Достал анестезирующие средства, а также антибиотики. Больших проблем это не представляло, поскольку связи у Байрона были обширные. Стоило ему обратиться к нескольким аптекарям с сомнительной репутацией, как те с огромным удовольствием поставили все необходимое.
Для начала Байрон открыл книжную лавку, где продавались порнографические журналы, которые привлекали немало людей. Лавка, естественно, служила прикрытием. Клиенты знали пароль, и верзила, охраняющий вход в лифт, пропускал их на верхний этаж.
О докторе Байроне Болану рассказал агент из Питтсфилда Лео Таррин.
Ростом рыжеволосый Байрон был под два метра. У него было веснушчатое лицо и какие-то бесцветные, вылинявшие глаза. Он аккуратно поработал скальпелем над ребром Болана, и вскоре, глухо звякнув, пуля упала на дно никелированного хирургического лотка.
— Ах вот оно что… — пробормотал он.
— Что, доктор? Инфекция?
— Да. А сколько прошло времени?
— Достаточно, чтобы появилась инфекция. Вы в состоянии помочь мне?
— Полагаю…
— Я имею в виду… прямо теперь.
— Мне нужно заказать кое-какие лекарства.
— Только никаких телефонных звонков, прошу вас!
