Кто-то целенаправленно пытается уничтожить отряд Паладинов. Лучший отряд Супремы. Валерий и Олаф тоже подверглись нападению. Асаби и Клавдий сумели уйти от ловушек лишь по одной причине — их предупредил Бронислав. Решающим фактором стала смена жилья. Резкая, без предупреждения. Во всех случаях были задействованы именно ловушки — каббалистические, с артефактными компонентами. Установленные с невероятной изобретательностью. Сложные и смертоносные.
— Мы не должны просто так здесь сидеть! — первым нарушил молчание Олаф.
Расхаживающий туда-сюда Бронислав повернул голову.
— И что ты предлагаешь? — спокойно поинтересовался Валерий.
— Ликвидируем этих ублюдков, — озвучил общее желание скандинав.
— Кого ты собрался ликвидировать? — уточнила Асаби.
— Корвина и Гинденбурга, — ответил Олаф. — И всех, кто с ними связан.
— Это огромная система, — заметил Валерий. — Ты прав, ловушки устанавливали ассасины Тёмной Реки. Но они умеют скрываться. Это люди-тени, они растворяются в неизвестности, ходят среди нас. А ещё у Гинденбургов мощная гвардия. Напоминаю, что они в клане…
— Да плевать на клан! — поддержал Олафа Клавдий. — Если вы не заметили, тронутые давно уже не соблюдают правила. Только мы их соблюдаем.
— Хватит! — рявкнул Бронислав.
Споры молниеносно прекратились.
— Вы что, не понимаете? — командир обвёл суровым взглядом своих подчинённых. — Дина может умереть. Сейчас только это важно.
— За неё нужно отомстить, — вновь выразил общее мнение Олаф.
— Нужно, — согласился Бронислав. — Но сперва мы должны обеспечить ей охрану. Своими силами. Не знаю, как вы… а я вообще никому больше не доверяю. Даже в этой клинике.
Клавдий хотел что-то сказать, но дверь операционной внезапно разомкнулась. Сегменты полотна втянулись в стены, и в коридор вышел Илья Семёнов, инквизитор и хиропрактик в одном флаконе. Целитель, давно перешагнувший порог третьего ранга одарённости.
Паладины вскочили со своих мест и обступили человека в белом халате.
— Ну как? — с надеждой в голосе спросил Бронислав.
Илья Трофимович нажал кнопку, запирающую дверь. В операционной что-то пикало, горели зелёные индикаторы, перекачивались по трубкам жидкости. Всё это было отрезано металлическими сегментами.
— Жить будет, — улыбнулся целитель.
Фраза утонула в воплях радости, но Семёнов повысил голос:
— Братья! Ведите себя нормально. Сестре Айминь прописан полный покой. Ближайшие сутки она проведёт в реанимации, ей будут заниматься мои помощники. Защиту во сне обеспечим. Потом переведу в отдельную палату, но… даже с её регенерацией… раньше, чем через неделю, выписаться не сможет.
— Но она вне опасности? — с тревогой спросила Асаби.
— Сейчас — да, — заверил целитель. — Вам будут выделены комнаты, но любые контакты с моей пациенткой запрещены. В ближайшие три дня — точно.
Бронислав крепко обнял доктора.
И только сейчас почувствовал, насколько вымотался этот человек.
Отец Илья буквально валился с ног от усталости.
Сначала я ощутил движение.
Рокот двигателей на пределе слышимости.
Открыв глаза, понял, что нахожусь в своей каюте. Меня заботливо укрыли одеялом, свет выключили, иллюминатор завесили шторкой. Горела лишь настольная лампа в дальнем углу каюты. С того же направления доносилось шуршание страниц.
Повернув голову, я увидел полосатого кота, читающего увесистый том. Время от времени кот прикладывался к бутылочке с тёмно-коричневой жидкостью, после чего навинчивал на горлышко крышечку и продолжал чтение.
Бросаю взгляд на часы.
Три пополудни.
Как всегда, это знание ни о чём не говорит. Я мог пробыть в трансе несколько часов или несколько дней. Здесь не угадаешь.
— Вжух, — я разлепил пересохшие губы. — Дай попить.
Котоморф развернулся в кресле.
— Хочешь соуса?
К своему удивлению, я задумался.
— Соевый?
— Угу.
— Нет, спасибо. Мне бы водички.
Питомец молча протянул лапу в направлении моего изголовья. На стене, в специальном держателе, обнаружилась пластиковая бутылка с водой. Литровая. Жадно схватив добычу, я не успокоился, пока не выпил всё. Заснул опустевшую тару назад в держатель.
Выглянул в окно.
Крепость уверенно двигалась по Пустоши с крейсерской скоростью. Я в этом разбираюсь, определяю без ошибок. Ландшафт холмистый, у горизонта даже вершины гор нарисовались. Заснеженные.
— Мы на «Грозе»?
Вопрос излишний.
Каюту я узнал.
— Да, — важно кивнул кот. — Ты проспал сорок два часа семнадцать минут.
Осмыслив информацию, я уточнил:
— А ты что, считать научился?
Вжух закрыл книгу и продемонстрировал мне обложку: «Математическая энциклопедия». Даже не представляю, нафига такая литература боевикам, собиравшимся вырезать всех моих людей на руднике. Чтобы справиться с подсчётом трупов?
Ноги нащупали холодный пол.
Выпрямившись, я потянулся, сделал пару шагов и убедился в том, что двигательные функции не нарушены. Давненько я не уходил в транс на сорок часов. Охренеть можно.
— Ты парил над кроватью, — сообщил Вжух. — Но я тебя всё равно укрыл.
— Молодец, — одобрил я. И тут до меня дошло: — В смысле — парил?
— Ну, левитировал. Вы, люди, так это называете.
Я быстренько прокрутил в памяти события последних дней.
