После нападения переделанных тварей моя служба безопасности сделала правильные выводы. По всему периметру родовых земель через равные промежутки устанавливались камеры наружного наблюдения. Часть камер держала под контролем озеро, из которого, в теории, тоже могло что-нибудь выползти. Я знал, что трансляции с камер выводятся на экраны в операторской СБ, а запись идёт круглосуточно на несколько видеомагнитофонов. Безнадёжно устаревшая технология. Я с удовольствием заменил бы эту рухлядь на один-единственный компьютер, подключённый к Тайной Сети. Вот только использовать подобное оборудование в личных целях инквизиторам возбранялось…
Завершив облёт своих владений, я отправился на запланированную встречу с дедом.
Отец Карины был прав — два независимых княжеских Рода в союзниках будут серьёзным аргументом для всех, кто посмеет задуматься о войне с моей фамилией. При этом у меня достаточно сил, денег и влияния, чтобы не впасть в вассальную зависимость, а быть полноправным партнёром. Как военным, так и деловым.
Валентин Петрович по старой памяти предпочитал вести переговоры в клубе «Спокойствие». Как вы помните, семья Карины жила в той же стороне, по направлению к Чернолесью. Так что князю Ларину прибыть на место раньше всех вообще не составило проблем. Для этого мужик использовал частный дирижабль, в который напихал кучу охраны. И да, выяснилось, что Дмитрий Олегович, как и мой дед, относится к числу постоянных ВИП-клиентов этого клуба. Что ж, спасибо. Я опять почувствовал себя лошарой, который с ноги врывается в высший свет.
Чтобы хоть как-то компенсировать отсутствие авторитета в этом загородном элитном террариуме, я прилетел в своей тёмно-пурпурной рясе. Ибо нефиг. Скрывать мне особого нечего, а вот Вжуха не хочется обижать. В прошлый раз котяру не пустил чрезмерно исполнительный охранник. Сегодня на месте того мужика был другой тип, который всем своим существом жаждал докопаться, но моя ряса и жетон Ордена Паладинов отбивали у него это пагубное желание. Вжух тоже не подкачал — презрительно смерил охранника взглядом через монокль и направился вслед за мной, не проронив ни слова.
О порядках, царящих в клубе, я предупредил котоморфа заранее.
В «Спокойствии» главная заповедь — не шуми.
Мой поумневший питомец предсказуемо завис в холле. И привлёк его даже не аквариум с рыбками, как могли бы подумать непосвящённые, а полки, уставленные старинными фолиантами. Вжух мысленно попросил разрешения остаться в царстве мудрости, и я разрешил. Пожилой аристо, созерцающий развалины затонувшего замка, даже не обернулся на наши шаги. Когда Вжух достал одну из книг, уселся в кресло и начал бережно перелистывать пожелтевшие страницы, на него тоже не обратили внимания. Такая вот атмосфера невозмутимости.
Слуга в сером выдал мне жетон с цифрой «10».
Поднявшись на второй этаж, я отыскал нужную дверь, закинул жетон в приёмник и вошёл в комнату с тремя креслами. Здесь все четыре стены транслировали изображение русской равнины с далёкой лентой реки и переброшенным через неё мостом. Кромка леса и заросшая травой пойма тоже были в наличии. По небу плыли низкие облака, гонимые ветром.
— А вот и наш юный друг! — обрадовался князь Ларин, поднявшись мне навстречу.
Дед тоже встал и крепко пожал мне руку, приветливо улыбаясь.
Кресла были выставлены таким образом, чтобы мы находились лицом друг к другу. При этом равниной можно было любоваться с любого ракурса.
— Что ж, я очень рад, дорогой внук, что ты решил связать судьбу с девушкой из достойной семьи, — произнёс Валентин Петрович, усаживаясь на прежнее место. — И, должен отметить, с нашего последнего разговора ты добился головокружительных успехов…
— Главное — не оступиться, — глубокомысленно изрёк Ларин. — Не наделать ошибок, присущих молодости. А в этом помогут старшие товарищи.
Похоже, мои союзники уже нашли общий язык.
Но инициативу я предпочитаю брать в собственные руки.
— Трудно с вами не согласиться, господа. Хочу отметить, что Гинденбурги, успевшие перейти дорогу всем нам, выведены из игры. Перестал быть угрозой и Винсент Корвин.
— Но самое главное достижение твоего Рода, — заметил Ларин, — это расправа над Нарышкиным.
Разумеется, Варя приложила максимум усилий, чтобы слухи о казни Нарышкина распространились по губернии. Не только по губернии, по империи в целом. Инквизиторская неприкосновенность не позволяет правительству начать расследование, а Великие Дома не заинтересованы в защите интересов Рода Нарышкиных. Зато теперь все знают, что переходить дорогу Володкевичам себе дороже. Слухи в дворянской среде распространяются молниеносно благодаря исправно работающим СБ.
— Суровая необходимость, — я притворно развёл руками. — Это был наиболее опасный из моих врагов. Он создавал проблемы с самых первых дней моего возвращения в Туров.
— Мы наслышаны, — подтвердил Валентин Петрович.
— Итак, первого июня мы официально породнимся с Ростиславом, — произнёс Ларин. — И, насколько я понимаю, Фурсовы в лице единственной наследницы и представительницы своего Рода тоже смогут восстановить былое влияние.
