Робкие голоса «Лотар», «Это Лотар?» начали постепенно заводить толпу и перерастать в скандирование моего имени. Говорить с сопровождающими у нас уже не получалось, да мы и не пробовали. Каждый, да и я, в определенный момент переборов стыд и превратив его в решимость, наслаждались вниманием толпы. Пройдя ворота и буквально пару поворотов главного, но не менее извилистого, торгового тракта столицы мы вышли на большой прямой участок, где все вокруг уже скандировали:
— Лотар! Лотар! Лотар!
Выждав еще немного времени, как мы выйдем на его середину, чтобы за нами наблюдало как можно больше местных, я остановился и дождался, пока остановится вся процессия. Люди начали гомонить что-то. Тогда, поняв, что пришло время, я встал в седле и поднял руку.
В воцарившейся тишине что есть мочи прокричал:
— Локтар Огар! В единстве своем, мы непобедимы!
Толпа взревела и ожидаемо подхватила мой клич. Ну как мой. Боевой клич орков из ранее упомянутого ВОВ. И пусть он был совершенно из другого времени и из другой ситуации и места, но я хочу, чтобы люди здесь также несли этот боевой клич, вселяя надежду в свои сердца и устрашая врага.
Оглянувшись на сопровождающих, увидел одобряющий взгляд от Дерека, восторженный от Гереса и задумчивый от Ива. Остальные аристократы также были на подъёме, кто-то из них также кричал клич, кто-то пытался переговариваться. До самого замка мы двигались уже под крики:
— Лотар О Гар! Лотар О Гар!
Канис Ревущий был в ярости. Получивший удар в кирасу, десятник одного из отрядов, вернувшихся с проваленной по всем фронтам операции по поимке соседского мальчишки, пролетел через весь немаленький кабинет барона и, врезавшись в стену, стек на пол без сознания.
Имея пугающие габариты — на голову выше и значительно шире, чем большинство имперцев, Канис обладал еще и легковоспламеняющимся характером, что заставляло его слуг опасаться за свою жизнь в случае нарушения дисциплины.
В этот раз поводов для воспламенения случилось предостаточно. Военная авантюра, казавшаяся легкой прогулкой, обернулась тяжелыми потерями и еще более серьезными последствиями, только набирающими оборот.
Немного успокоившись после показательной порки провалившегося десятника, барон, стараясь держать нейтральный тон, произнес:
— Арас, будь добр. Расскажи про операцию еще раз, сначала, — под хруст сжимаемой, попавшейся под лапу утвари со стола, произнес человек-медведь.
Бледный, как и все собравшиеся в кабинете, глава разведки Арас быстро развернулся от места падения десятника и, опустив глаза и голову к разложенной на огромном столе посреди помещения карте, затараторил:
— Ваше сиятельство, на днях мои разведчики принесли весть о том, что Герес Зоркий выдвинулся в одну из деревень своего баронства с небольшим караваном, — начал разведчик.
— Это все, что тебе сказали твои люди? — перебив отчет, не отводя взгляда от Араса, пророкотал Канис.
— Не совсем, — побледнев еще больше, протараторил разведчик, даже забыв упомянуть про сияние барона — Была еще информация о цели поездки, но она мне показалась н-н-надуманной. История про неожиданный туман и пришедшего в нем героя… Без проверки я не мог брать такие сведения в расчет, они показались в-в-выдумкой…, - резко закончил Арас сжавшись в ожидании удара.
— Вот оно как! Герой, туман. И правда. Чего не придумают для легенды. Идиотской легенды! От умных людей! Несущественная мелочь… — с укоризной посмотрел Канис на своего проверенного, как ему раньше казалось, человека — А я-то подумал, что боги смилостивились и мне выпал отличный шанс щелкнуть по носу зарвавшегося Дерека. Может даже, наконец, оторвать давно уже спорные Долины криад. Ведь за старшего сына и прямого наследника, этого мелкого дерзкого мужеложца, Дерек отдаст все, что попросят, и еще насыплет сверху, — продолжил, начав ходить вдоль стены, рассуждая вслух Канис.
Все присутствующие знали и в той или иной мере участвовали в этом давнем споре. Несмотря на ценность ингредиентов, получаемых из туш криад и прочих местных обитателей одноименной долины, так неудачно оказавшейся на территории соседа Дерека Зоркого, добыча их соседом налажена не была. Зоркий по какой-то причине тварей Долины берег. Особенно хорошо историю знал Арас, так как участвовал в ней с самого начала. Успокоившись из-за смены настроения барона, он окунулся в воспоминания истории конфликта, сыгравшего в этот раз с Ревущими злую шутку.
Прознав про невероятную магическую мощь ингредиентов из Долины, Канис положил на неё глаз. Первыми попытками, насколько помнил Арас, были попытки Ревущего договориться с сюзереном — графом Мареном Копьеносцем.
Канис попробовал зайти через графа, намекнув на богатства, которые не реализуются непутевым соседом, и предложил передать Долину ему, как более расточительному человеку, заверив, что быстро наверстает упущенную выгоду. Но совершенно неожиданно получил от Марена резкий отворот поворот, без объяснения причин.
