— Макс, — ответила пепельная блондинка с серьёзным выражением лица, — ты не понимаешь. Даже священники высшей касты не смеют пить из океана. Я даже не могу вспомнить ни одного человека на острове Сканно, который был бы достоин испить океанической воды. Священники посвящают всю свою жизнь изучению мудрости Солнца и делают всё возможное, чтобы донести эти знания до людей. И всё равно, если кто-то из них решается испить священной воды, его ждёт скоропостижная смерть.
— Ёп, — я посмотрела на водный фрукт, который всё ещё держал в своей руке.
— Ты больше никому об этом не скажешь, слышишь?, — прошипела она тем же приглушённым голосом, что и в карете. — Теперь, когда ты Ашер, за твою голову автоматически назначена награда. Чем больше людей будут думать, что ты какой-то особенный, тем шире будет список желающих убить тебя. Если кто-то из Ашеров узнает о том, что ты благословлен Солнечным океаном, тебя тут же вызовут на дуэль. Тебя убьют!
— Ну пусть попробуют! — нахмурился, услышав нотки беспокойства в голосе Риты. — Я никому не позволю безнаказанно покушаться на мою жизнь, жену и имущество.
— Я… Благодарна тебе за помощь и защиту, — Рита долго смотрела мне в глаза, а потом выдохнула и шагнула ближе и обняла. Ощущение тепла и комфорта захлестнули меня, обнял её в ответ, прижимая к себе и наслаждаясь каждой секундой, опасаясь пошевелиться и разрушить мгновение. Но вскоре Рита отстранилась.
Она казалась спокойной, но я все равно заметил волнение в глубине её глаз.
— Пойдём, — сказала девушка-кошка и повела меня к особняку, не оглядываясь, следую ли я за ней.
Остаток пути мы проделали в тишине, но я не мог избавиться от внезапно охватившего меня беспокойства. С того момента, как попал в этот мир, чувствовал себя не в своей тарелке, но сейчас ощутил себя по-настоящему чужим для этого места. Я же нихрена не знаю ни традиций, ни законов. Если бы задавая невинные вопросы горожанам — тоже попал бы в полную задницу? Хотя дуэль до смерти — это тоже не шутки. Надеюсь, Рита поможет мне поскорее привыкнуть к местным реалиям.
Когда мы наконец добрались до больших деревянных ворот, ведущих к дому, я заметил кое-что странное.
— Рита, — сказал я, помогая ей открыть тяжелую дверь, — а где все люди?
— Что ты имеешь в виду? — фыркнула она, а затем отряхнула руки.
— В таком огромном поместье должны жить люди, ну слуги, — заметил я.
— Надо же, заметил, — произнесла Рита. — Да, ты прав, раньше здесь был полный штат прислуги. Но с тех пор, как Рэд стал владельцем, он продал все ценные вещи, которые смог найти, и проиграл золото в азартные игры. Для работников есть фермерские домики и комнаты в доме, но сейчас здесь живут только повар Олли и старый Бруно, который ведёт хозяйство и ухаживает за поросятами и волами, что пасутся на пастбище.
Неудивительно, что поместье выглядело таким запущенным. Мне определенно нужно навести здесь порядок и нанять новую прислугу, если я хочу, чтобы это место ожило и стало для меня домом.
Однако все эти размышления были на время забыты, потому что мы подошли к дому и ощутили восхитительный аромат мяса и специй.
— Что это за божественный запах?
Рита обернулась и одарила меня искренней улыбкой.
— Рагу от Олли. Я уверена, ничего вкуснее ты никогда в жизни не пробовал.
— Я так голоден, что не могу дождаться, — сказал с предвкушением и ускорил шаг.
Я был настолько голоден, что даже чёрствая корка хлеба показалась бы мне самым вкусным блюдом на свете.
Входная дверь в дом была не такой большой, как ворота крепости, но она явно была сделана из натурального дерева и имела внушительную толщину. Я снова помог Рите открыть её, так как, вероятно, ей было сложно сдвинуть такую тяжесть с места.
Когда мы вошли в прихожую, запах тушёного мяса стал ещё сильнее, и мой желудок громко заурчал. Рита удивлённо распахнула глаза, а с моих губ сорвался смешок, потом ещё один, и я уже не мог остановиться. Мой смех отражался от голых стен зала, как и урчание моего протестующего голодного живота. Конечно, если бы здесь висели драпировки, картины и канделябры, которые точно были, судя по пятнам на выцветших стенах, смех не звучал бы так громко. Я прикрыл рот рукой.
— Извини, — сказал Рите.
Она пыталась строго смотреть на меня, но уголки её губ предательски поползли вверх в лукавой улыбке.
А дальше ситуация со смехом вышла из-под контроля. Не знаю, кто из нас фыркнул первым, но после этого мы оба разразились оглушительным хохотом. Приятно было наконец-то сбросить напряжение, но еще приятнее был звонкий хохот моей Риты.
Хотя обычно её голос был низким и бархатистым, смех оказался ярким и мелодичным, как будто перезвон хрустальных колокольчиков. Когда она смеялась, всё её лицо светилось радостью, а хвост поднимался за спиной и игриво покачивался из стороны в сторону. В попытке отдышаться она слегка наклонилась вперед и прижимала руку к груди.
Это было восхитительное зрелище, и я не видел смысла бороться с желанием притянуть её к себе и поцеловать. Эту битву я проиграл бы в любом случае.
