Острия на пластинах подразделяются на симметричные (около 300 экз., рис. 77, 35–39) и скошенные (около 100 экз., рис. 77, 21–24, 26–28). У скошенных острий обрабатывался, как правило, только острый конец, однако некоторые из них имеют ретушь по всему краю и усеченный, противоположный острию конец (рис. 77, 26, 27), они в точности повторяют форму одного из типов острий с притупленным краем. Симметричные острия более разнообразны и, возможно, дают ряд типов. Среди них имеются двуконечные острия, острия с суженным основанием, с выпуклым основанием. Ретушь зачастую охватывает весь или большую часть периметра, иногда далеко заходит на спинку пластины. Следует также отметить, что некоторые из острий приближаются к скребкам с вытянутыми лезвиями. Скребки (около 200 экз.) изготавливались на пластинах обычно (но не всегда) с параллельными не ретушированными краями (рис. 77, 31–34, 40, 43). Имеются скребки с вытянутыми стрельчатыми лезвиями; они-то и связываются с технико-морфологической группой пушкаревских острий. Пластины с прямо усеченными концами (около 60 экз.) (рис. 77, 29, 44, 45) с одной стороны, близки к скребкам, с другой — к типу прямоугольников, выделенному в группе пластин с притупленным краем. Резцов около 100 экз.; половину из них составляют резцы на углу сломанных пластин (80 экз.; рис. 77, 46); далее следуют боковые (50 экз.; рис. 77, 41, 47, 48). Все эти изделия разнородны, типы не выделяются. Среди остальных орудий необходимо отметить орудия с чешуйчатой подтеской (рис. 77, 51), в том числе ножи костенковского типа, несколько грубых рубящих орудий и небольшое количество пластин с выемками. Костяной инвентарь Пушкарей 1 невелик: мотыга из ребра крупного животного, два обломка подобных орудий, фрагмент овальной подвески, стерженьки с перехватами, напоминающие «застежки» из Мезинской стоянки и из верхнего слоя Костенок 4 (Борисковский П.И., 1953).
Недавно у с. Клюссы на Черниговщине был найден новый, по-видимому, более поздний памятник пушкаревской культуры.
В обширном степном районе (юго-восток Русской равнины), охватывающим Приазовье и Северо-Западное Причерноморье, долгое время палеолит был практически неизвестен. До конца 50-х годов здесь имелся лишь один позднепалеолитический памятник: открытые еще в 1935 г. В.М. Евсеевым Амвросиевская стоянка и костище (рис. 72; 78), расположенные на правом берегу р. Крынки (Донецкая обл.). В 1950-60-е годы работами П.И. Борисковского, М.Д. Гвоздовер, Н.Д. Праслова, В.Н. Станко и др. здесь были открыты и исследованы новые памятники, позволяющие в общих чертах отметить как общерегиональные, так и локальные особенности позднего палеолита данного района. Можно утверждать, что район Нижнего Дона — Причерноморья чрезвычайно перспективен для изучения позднего палеолита. Наличие в этом же районе многочисленных мустьерских местонахождений позволяет надеяться на открытие здесь «стыкующихся», «переходных» стоянок. Прекрасная сохранность культурного слоя ряда памятников (Золотовка, Мураловка) дает возможность, не ограничиваясь изучением кремневого инвентаря, переходить к хозяйственно-бытовым и общественно-социальным особенностям общин, оставившим данные стоянки. Все это, однако, дело будущего.
Рис. 78. Амвросиевская стоянка (14–26) и костище (1-13, 27–33). По П.И. Борисковскому и Н.Д. Праслову.
