Каменные орудия из этих террасовых местонахождений пока не опубликованы. Не исключены неточности в определении археологического возраста отдельных находок, что привело, как кажется, к чрезмерному удревнению некоторых мустьерских и позднепалеолитических местонахождений.
С целью установления стратиграфии четвертичных отложений и возраста террас левых притоков р. Кубань, к которым приурочена большая часть палеолитических месторождений Прикубанья, В.М. Муратов производит широкое сопоставление этих террас с морскими и речными террасами Причерноморья. Аналогом морских террас, по его мнению, является, соответственно: чаудинской — V терраса кубанских притоков, древнеэвксинской — IV, карангатской (рисс-вюрмской) — III, позднекарангатской — II. III терраса хорошо развита в долинах всех этих рек и почти повсеместно перекрыта покровом лессовидных суглинков, аналогичных тем, которые покрывают карангатскую морскую террасу (
На основании такой параллелизации производится определение стратиграфического и возрастного положения важнейших прикубанских раннепалеолитических памятников открытого типа. Культурные слои Ильской мустьерской стоянки, по мнению этого исследователя, приурочены к толще склоновых отложений, перекрывающих III террасу, что позволяет говорить о вюрмском возрасте стоянки. Ашельские изделия на местонахождении Игнатенков куток в долине р. Псекупс вымываются из базальных галечников IV террасы, что допускает среднечетвертичный возраст этого памятника.
В рамках данной схемы делается также попытка раскрыть геологический возраст мустьерских террасовых местонахождений в долинах каспийских рек (местонахождения Гамурзиево и Насир-Корт в долине р. Сунжа). Лессовидные суглинки, к которым приурочены мустьерские орудия, перекрывают здесь III рисс-вюрмскую террасу, но нигде не распространяются на молодые террасы, что предполагает вюрмский возраст этих орудий. Произведенные исследования позволяют заключить, что мустьерские памятники Северного Кавказа «связаны с толщей вюрмских склоновых отложений, перекрывающих рисс-вюрмские аллювиальные отложения третьей речной террасы» (
Террасовые раннепалеолитические местонахождения имеют широкое распространение и в других районах Кавказа. К югу от Сочи они известны на поверхности и в аллювии 35-40-метровой террасы р. Псоу, которая в устье этой реки переходит в соответствующую ей морскую (древнекарангатскую), что допускает отнесение кремней из аллювия террасы к рисскому времени (
В полосе Транскавказского меридионального поднятия, в северных и южных предгорьях Центрального Кавказа, где число уровней и относительные высоты речных террас возрастают, мустьерские местонахождения встречены на поверхности и в размывах покровных суглинков 80-100-метровых и более высоких террасовых уровней на р. Большой Лиахви в Юго-Осетии на р. Баксан близ Заюково Кабардино-Балкарии (
В предгорьях Малого Кавказа группа раннепалеолитических местонахождений связана с разновысокими четвертичными террасами р. Куры и ее притоков Инджа-су, Храми, Акстафа и др.; террасы эти датируются временем от нижнехазарского (миндель-рисс) до хвалынского (вюрм) (
Вопрос о возрасте террасовых местонахождений Кавказа, несмотря на ряд отмеченных геологических привязок, чрезвычайно сложен. Одна из главных трудностей заключается в переотложенности, вторичном залегании всех (за исключением Ильской стоянки) ашельских и мустьерских находок, связанных с террасами. Правда, памятники с разрушенным культурным слоем, перемещенные компоненты которых (чаще всего лишь одни кремни) были затем захоронены в синхронных им или более поздних базальных горизонтах террас, могут быть датированы более уверенно. Ураново-иониевые даты некоторых таких уровней в известной мере ориентируют в возрасте вмещаемых ими культурных остатков.