— Да, — она блаженно вздохнула и откинула голову, погружаясь в сладостный мир удовольствия, предшествующему бурному удовлетворению, — Да, сейчас можно, сейчас не опасно…
В своей привычной позе — на спине, — Ян лежал с закрытыми глазами, хотя сон давно ушёл, оставив в теле приятную истому. И всё было как обычно, за исключением того, что сегодня утром он чувствовал тёплую женскую попку, прижатую к его бедру. Протянув руку, он погладил мягкие изгибы ягодиц, а потом повернулся на бок и, приподнявшись на одном локте, окинул взглядом обладательницу этой прелести. Она казалась совсем беззащитной и хрупкой, прикрытая одной тонкой простыней, в обрамлении длинных волнистых локонов. Накануне Эва улеглась в постель с влажными, и они завились в крупные кудри. Ян приподнял простынь, аккуратно вытянув край, зажатый её рукой. С удовольствием и долго любовался её обнажённым телом.
«Да, надо быть осторожнее, кожа у неё очень нежная …» — решил он про себя, изучив следы свой страсти на её груди плечах и бёдрах.
«Сейчас проснётся и точно начнёт верещать…»
Она упрямо заворочалась, когда Ян развернул её лицом к себе, но потом затихла у него на груди, зажатая в железных объятьях. Сразу вспомнил, какой страшной расправой она грозила, если проснётся без него, и приготовился в ожидании момента её пробуждения проваляться в постели до обеда. А, учитывая, что легли они на рассвете, то возможно, это отложится и до вечера. Он зарылся в её волосы, перебирая шелковисты локоны пальцами, уткнувшись подбородком в золотистую макушку.
Эва проснулась, чувствуя на себе «крабовый» захват рук и ног Яна.
Ну и ладно…
Издав блаженно вздох, она вознамерилась ещё немного понежиться и подремать в тёплых руках своего мужчины.
— Ты уже не спишь, — услышала она довольный голос прямо у уха и поморщилась.
— Сплю, — буркнула она в ответ.
— Злюка.
— Я ещё сплю, и не смей меня тискать.
— Даже не думаю, — Ян только крепче прижал её к себе, закинув ногу на бедро.
— А то я не чувствую, — улыбнулась она и приникла щекой к его груди, слушая, как где-то под ухом размеренно бьётся его сердце. Остатки сна постепенно покидали её, принося осознание окружающей действительности, знаменуя начало нового дня и начало…
Вот только начало чего?
— О, боже, Ян… — сонно простонала она.
— Что? — рассеяно, спросил в ответ он, поглаживая её по спине.
— А то, что за два этих дня я успела натворить столько, чего раньше мне и за год не удавалось.
— Например? — он с сомнением посмотрел на неё, — Я в тебе, в общем, и не сомневался.
— Например, я обшарила всю Тулузу, проигралась в пух и прах в покер, завела с тобой интрижку и опустошила половину запаса винодельни твоих родителей, — пробормотала она, и приостановилась, задумавшись, что ещё можно прибавить к своим нынешним подвигам.
— Ты жалеешь об этом?
— О чем? Что опустошила погреб? Да, сегодня с утра, определённо, да!
— Нет. Что завела со мной интрижку?
Ян легонько нажимал пальцами на чувствительные точки у основания её шеи, добираясь осторожными массирующими движениями до макушки.
— Ещё не решила, — шутливо отозвалась она и потёрла висок. — Мой мозг ещё не дошёл до этого пункта.
— Ладно, ты тогда его притормози, а то ему много думать тоже вредно. А на счёт винного погреба, так это ты выразила желание продолжить дегустацию, — продолжил Ян совершенно невинным тоном, снимая себя всякую ответственность.
— Я помню, — обречённо согласилась она, расслабляясь и чувствуя, что от этих нежных и приятных движений её снова потянуло в сон, — но ты ведь мог меня переубедить, правда?
— Мог. Если только закинул бы тебя на плечо и притащил домой силой. Ты вчера была очень несговорчивая, — иронично протянул Ян, ожидая возмущений, но их не последовало.
— Следующий раз, Ян, сделай именно так, пожалуйста. Бывают моменты, когда меня не нужно слушать, а вчера был как раз такой случай, — тяжело вздохнула Эва и её покорный тон насторожил Яна.
— Так сильно голова болит? Тебе плохо? — Он отпустил её и приподнялся на кровати, а Эва устроилась рядом с ним, завернувшись в простыню, прикрыв глаза.
— Нет, не особо, тяжеловато как-то. Я не выспалась и чувствую себя совсем разбитой.
— Да? Это почему это, мне интересно? — Ян сел, облокотившись на спинку кровати, и провёл кончиками пальцев по её тонкой ключице.
Эва не видела лица, но самодовольный тон выдавал его улыбку.
— Я не собираюсь льстить твоему, и без того раздутому, самолюбию, так и знай! Даже не проси!
— Нахалка! Могла бы что-нибудь сказать мне… приятное…
Эва резко села, придерживая простынь на груди, собираясь выпалить что-нибудь остроумное, но все мысли вылетели у неё из головы, стоило ей только взглянуть на Яна.
Радом с ним нельзя было думать о чем-то другом кроме него самого. Подползая на коленках, она подобралась к нему поближе и придирчиво оглядела с головы до ног, старательно хмурясь. Ян, приподняв бровь, лишь ждал реакции, потому что по выражению её лица, было непонятно, что она собирается выдать на этот раз. Наконец она закончила осмотр и недовольно посмотрела на него.
— Так нечестно.
