— Антон, — несмело сказала она, поворачиваясь лицом к коридору, — Я сделаю тебе чай.
Антон вздохнул и попытался взять себя в руки, опустив глаза в пол.
— Хорошо, — устало ответил он, отойдя от двери и приблизившись к девушке.
— Но я пойду с тобой.
На улице уже стемнело, и на кухне тоже не было видно ни зги. Найти выключатель, как всегда, было сложно, но Антона покоробили плохие предчувствия еще перед тем, как он нащупал его на старой ободранной стенке.
Когда вспыхнул свет, Антон вздрогнул, хотя в глубине души, пожалуй, ожидал увидеть то, что увидел.
На ветхом столе, стоящем у стенки напротив входной двери, сидел Фрол и сверкал глазами. Было странно, как стол не обвалился под тяжестью такого чудовища. Но Антону было не до удивления, он быстро оттолкнул Марину от прохода и крикнул:
— Беги!!
— Зачем? — Марина совсем опешила. Она не видела, что творится на кухне.
— Делай, что я сказал! Беги отсюда! — заорал Антон и снова толкнул девушку, отчего она попятилась назад, не сводя испуганных глаз с Антона. В этот момент Фрол, легким прыжком перемахнув небольшую кухоньку, отшвырнул Антона в сторону и бросился на Марину, завалив ее на пол.
— Тварь! — Антон прыгнул на пса сзади и, схватив его за загривок, мощным рывком отодрал его от Марины, у которой уже кровоточила прокушенная рука. Пес вырывался из рук Антона, пытаясь снова броситься на Марину, но парень крепко держал его, пытаясь воткнуть в его тело извлеченный из кармана нож. Фрол откинул Антона прочь и прыгнул теперь уже на него самого. Перед глазами стояли большие глаза Марины, полные ужаса и слез, и это предавало ему силы.
Фрол хватанул Антона за бок так, что у него захрустели ребра, но Антон все-таки всадил ему нож в живот, и челюсти Фрола разжались. Сбросив с себя тяжелое лохматое тело, Антон вскочил и выбежал на крыльцо.
— Марина! — крикнул он в темноту, различая уже на достаточно большом расстоянии силуэт девушки, — Марина, подожди! Не бойся! Я убил Фрола! Ты слышишь? Я его убил! — он смотрел убегающей в ночь девушке, смотрел с мольбой и нежностью, отчаянно разглядывая во тьме ее фигурку, несмотря на плохое зрение, — Вернись!
Но Марина не вернулась.
В голове Антона шумело, руки и ноги его дрожали от слабости, колючие искорки все больше и больше затмевали ему глаза, мешая видеть, и он упал на крыльцо своего дома.
Очнулся он на какой-то кровати — вероятно, на своей. Голова все еще кружилась, и нельзя было сказать, что его самочувствие стало лучше — просто он смог открыть глаза.
Все вокруг рябило и крутилось. За дверью слышались приглушенные голоса. Антон попытался встать, но не смог. Осталось лишь прислушиваться к разговору людей, находящихся в его доме. Антон напряг слух и с некоторыми усилиями узнал голоса. Их было два — один принадлежал девушке — Антону даже сперва показалось, что это Марина, но вскоре он понял, что это была Маша, продавщица магазина. Над вторым голосом Антону пришлось подумать, но ему удалось разгадать и владельца этого голоса — он принадлежал Анатолию — спокойному, серьезному мужчине пожилых лет, проживающему по соседству с Антоном.
«Где Марина?» — хотел произнести Антон, но губы его пересохли и не слушались.
— Ты уверена, Маша? — спрашивал Анатолий.
— Абсолютно точно, Анатолий Геннадьевич, — быстро говорила Маша, — Он давно уже такой ходил. Все заметили, что лица на нем нет, вечно напьется да ходит, сказки какие-то про чудищ рассказывает. Вот Ванька наш ему не верил, пытался уму-разуму обучить, по-человечески ведь советовал, так он его избил до полусмерти. Видно, думал, что убил его, не знал, что Ванька жив остался — он до дома все-таки доковылял, мы его в больничку и положили. Ужас, Анатолий Геннадьевич, что он с ним сделал, даже не верится, что хлипкий парень, который уже и на ногах почти не стоит от пьянства, мог вытворить со взрослым крепким мужиком такое!
— Психически больные часто бывают очень сильными, — ровным голосом отвечал Анатолий, — Ты понимаешь, ведь он серьезно болен! Я-то его почти не видел, я же рано спать ложусь, а он все больше по ночам ходит. Но ты говоришь, что ему все какая-то собака мерещилась?
— Да ну его, Анатолий Геннадьевич, с его россказнями! Глупо такой ерундой пытаться оправдать свое поведение! Кто ему поверит? Ваньку покалечил, Степку, видать, убил. Знаете Степку? Жил тут неподалеку от моего магазина. Так, представляете, исчез он! Неужели не слышали?
— Не слышал, — спокойно ответил Анатолий, — Я в последнее время мало выхожу из дома, у меня слабое здоровье.
— Пропал наш Степка, ушел и не вернулся! — возбужденно тараторила Маша.
— До сих пор не нашли, уже четыре дня ищем, ничего не известно, но это наверняка тоже работа Антона, чья, если не его! Он ведь, знаете, в последнее время совсем с ума сошел — сам себя калечит, что уж говорить о других! Ребята местные сказали, что пару раз видели, как он шатался пьяный по улицам, резал себя ножом и кричал! Представляете, что творится! А теперь вот бедняжку Марину порезал, хорошо хоть, что рана не серьезная.
— А Марина — это его девчонка? Где она?
