– Чтобы я раньше стал беспокоиться о каких-то там человеческих детёнышах!.. А теперь, как появились свои собственные… Клара, ты уверена? У тебя в каждой кукле или зверюшке что, небольшой кристалл наподобие эвиальских? Пугаешь ты меня порой, честное слово. Жалею уже, что… что посмеялся тогда над тобой, при нашей первой встрече…
– Ты – дракон, – засмеялась Клара. – Никому никогда не приручить дракона. Он с тобой, только пока он сам этого хочет. Но один неверный шаг…
– Что ты такое несёшь? – аж отодвинулся Сфайрат.
– Ничего, ничего, милый. Пойду детвору к обеду звать, пока не простыло всё.
Вечером, когда весеннее солнце опустилось за дальний лес, и Клара, по всегдашнему обыкновению, стояла на крыльце, обхватив себя за плечи и любуясь последними отблесками отгоревшего заката, Сфайрат возник рядом смутной размытой тенью. Тревожный, сжавшийся, готовый.
– Что с тобой? – Она откинулась, затылком касаясь его груди.
– Полететь, – одними губами ответил дракон. – Со всеми остальными.
– Что, и с Зоськой? – удивилась Клара. – Она ж небось уже десятый сон видит!
– И с Зосей, – мрачно сказал Сфайрат. – Со всеми.
– Зачем, милый? – Клара повернулась к мужу, взглянула в нахмуренное лицо. – Ты всё из-за Гойлза?..
– Нет, – взгляд дракона остался непроницаем. – Что-то какая-то пакость чуется, гниль какая-то… точнее не скажу. Но взлететь тянет. И огонь… накопился. Застоялся почти что.
– А детвора-то зачем?
– Как «зачем»?! Мы все вместе, драконья стая!..
Да. Верно. Драконья стая. Как она могла забыть? Дракон и его потомство в небе словно сливались воедино, и без того зоркие глаза становились почти всевидящими.
– Конечно, дорогой. – Клара склонила голову жестом послушной жены.
Сонная Зоська заворчала было, не желая выпускать тёплого и пушистого котёнка, устроившегося у неё под боком, но, едва услыхав «Лететь! С папкой!» – подскочила словно ошпаренная.
Клара так и осталась стоять, не в силах отвести взгляда – пятёрка драконов, выстроившихся клином и устремившихся вслед за давно скрывшимся солнцем, с огромным Сфайратом в середине и маленькой Зосей впереди всех. Аэсоннэ с Эртаном по бокам, старший Чаргос замыкал процессию.
Всё-то у них наоборот, у драконов. Птичий клин возглавляет вожак, самый сильный и выносливый; а драконы в такие полёты вперёд пускают малышку Зосю. Потому что дракон становится драконом, только побеждая сам по себе.
Могучие крылья упёрлись в воздух, драконы стремительно поднимались; на востоке уже сгустилась непроглядная темень, звёзды выглядывали робко и неярко.
Как же они красивы, подумала чародейка. Мои дети. Мой муж. Я мать драконов и жена дракона – что может быть лучше этого? Вперёд, дорогие мои, режьте ночь, пусть сама тьма бежит от взмахов острых ваших крыл; летите и возвращайтесь, потому что без вас нет и меня самой.
Драконий клин скрылся. Клара ещё постояла, глядя в пустое небо, зябко передёрнула плечами и шагнула обратно через порог.
Никого нет. Только обиженно и недоумённо мяукает полосатый котёнок, разыскивающий свою маленькую хозяйку.
Неслышной тенью появился Шоня, страж-кот, потрогал лапой неразумного, негромко фыркнул, и малыш сразу успокоился.
– Плохая ночь, госпожа.
– Госпожа! Давненько я от тебя такого не слыхала, – насторожилась Клара.
– А такой скверной ночи давно и не выдавалось, – кисточки на ушах страж-кота подрагивали, глазищи так и сверкали. – Вся нечисть повылезала, хозяйка, вся как есть.
– С чего ради? – процедила Клара сквозь зубы.
Страж-кот попытался пожать плечами.
– Откуда ж мне знать, хозяйка? А вот чую я их повсюду. Бестелесные, гады, только я их и замечу, хозяйка… Ну, и ты, конечно, тоже… Голодные призраки всяческие, не припомню такого сборища…
– Где? – только и спросила Клара.
– Старое кладбище, за рекой, – кот махнул хвостом.
– За рекой… мост… – быстро прикидывала Клара. – Через воду пойдут?
– Не, – помотал головой кот, опять подражая человеческим жестам. – Они там просто так… табунятся. Злобные, но собрать их да к нам повести некому. Вожака не чую.
– Ну, коль так, оставайся дома, – распорядилась Клара. – Сфайрат, видать, не зря забеспокоился. Придётся и мне до старого погоста прогуляться. Как, один справишься?
– Конечно, хозяйка! – возмутился Шоня подобным недоверием. – Да и малыш мне пособит. Замяукает, если кто полезет. Ну, а тут уж я их встречу.
– Встречай, – Клара накинула на плечи шаль, всунула ноги в мягкие сапожки, по старой привычке затянула широкий кожаный пояс на талии. – Старое кладбище, значит. Заречное. Что ж, посмотрим.
Распахнута крышка заветного сундука в мастерской – детям строго-настрого запрещено даже приближаться к нему. Старая верная шпага с крупными рубинами – кровоточащая память о последней битве в Эвиале – сама легла в руки. Что ж, подружка, пришла тебе пора подышать свежим воздухом…
Дверь дома закрылась. Клара быстро очертила несколько рун прямо в воздухе – против здешней нечисти более чем достаточно, Шоня своё дело знает, да и детей в доме нет…
