Гуров кивнул:
– Есть один очень интересный момент. Смотри, кто присутствовал на банкете.
Полковник достал увеличенные фото и передал их напарнику.
– Пономарева и Чегеваркина? – Стас приподнял брови. – И Сысоев?
– И Наталья Александровна. А также Варвара-гонщица, которая тоже в дальнейшем погибла. И Степан-художник, наш единственный свидетель, который сейчас находится где-то в горах Японии и занимается чисткой кармы, или что там им обычно чистят. Ждем. Забавно до дрожи.
– Не был ли этот банкет отправной точкой? – предположил Крячко. – Стажер, у тебя какие идеи?
– Никаких, я по-прежнему считаю, что убить хотели Сысоева, а всех остальных – просто для отвода глаз.
– Многовато убийств для отвода глаз, – иронично заметил Гуров.
– Так и он был личностью масштабной, – ответил Вова.
Напарники переглянулись и промолчали.
– Сомневаюсь, – покачал головой Лев Иванович. – И вот почему. Банкет не может быть отправной точкой, потому что у нас была так называемая нулевая смерть, первой погибла Анна, пьянчужка.
– Снова звонить Пономаревой и Чегеваркиной? Спросить их про этот банкет? Может быть, помнят, кто подходил к режиссеру? – предложил Станислав.
– Очень сомневаюсь. Скорее всего, они скажут, что были там по делам музея, походы на подобные мероприятия у них входят в служебные обязанности. Я думаю, что этот козырь мы пока припрячем.
Гуров рассматривал фотографии. Он пытался понять, была ли там сегодняшняя жертва. Учитывая, что ее переодели и накрасили…
– Мария Александровна, не велите казнить, велите миловать, но нам невероятно нужна ваша консультация. Можно сказать, непосредственно по вашим служебным обязанностями, – сказал Гуров, набрав номер Чегеваркиной.
– Лучше бы своими обязанностями занимались! Чем я могу вам помочь, полковник? – Мария говорила в телефон спокойным ровным голосом, и по тону было слышно, что она улыбается, значит, она, скорее всего, в этот момент находилась на каком-то мероприятии и даже если бы очень хотела закатить очередной скандал полковнику, у нее бы это не получилось. Все-таки из того, что Гуров узнал про Чегеваркину, он понял – она была действительно хороша в работе, и многие говорили, что именно приход Марии в Пушкинский стал настоящим подарком судьбы для музея. Ее всегда приглашали на Новогодний президентский прием в Екатерининском зале в музеях Московского Кремля, и именно она стала инициатором того, что в Пушкинском музее стали проводить похожие балы для новой знати. В некоторые двери она стучалась, какие-то двери перед ней открывали, а были и те, что пробивная Чегеваркина распахивала с ноги.
– Скажите, а есть ли сейчас мода на показ мод? Вернее, так, я вам сейчас пришлю фотографию с открытия выставки, вы там присутствовали вместе с подругой и с Сысоевым…
– Там, где произошла страшная трагедия и умер молодой режиссер?
– Восхищен вашей памятью. Посмотрите, пожалуйста, на эти фотографии, и еще я пришлю вам фотографию нашей сегодняшней жертвы, без макияжа и парика, может быть, учитывая, что, похоже, вы все вращаетесь в одних кругах, она будет вам знакома.
Гуров намеренно говорил так многословно и витиевато. Он слышал, как на том конце провода буквально скрипит зубами Чегеваркина, но молчит.
– Да, хорошо, буду ждать, – ответила она нейтральным тоном и положила трубку.
Крячко весело рассмеялся, заметив лицо друга, когда тот сбросил вызов:
– Если кто-то и объявит на тебя охоту и наймет киллера, это будет она.
– Пусть в очередь сначала встанет, – пробормотал себе под нос стажер и добавил: – Я же правильно понимаю, что у вас много врагов и вы не знаете, кто именно может начать с вами вести такую игру, подкидывать все эти венки и букеты и, может быть, даже и кого-то нанять?
– Пока еще нет, Вов, но сам видишь, даже присесть нет времени, – отозвался Лев.
– Вы понимаете, какая это беспечность? Если вас сегодня убьют, то что будет?
Гуров и Крячко с удивлением посмотрели на стажера.
– Вова, если ты боишься, что меня убьют и тебе придется расследовать это дело, то не переживай, я в завещании указал, что главный по расследованию моей смерти будет он, – сказал Гуров и показал на напарника. Крячко тут же весело расхохотался, а Вова закатил глаза.
Наверное, он чего-то не понимал. Ему везде говорили, что его приставили к лучшим сыщикам Главка. Но пока что он видел только то, что они постоянно куда-то мотались, жонглировали именами и данными, как в цирке, смеялись над чем-то. Еще ни разу он не видел, чтобы кто-то из них спокойно сел в кабинете и попытался проанализировать всю полученную информацию. Ведь именно так и раскрываются такие дела. Нужно сесть и все обдумать. Потом допросить свидетелей и, еще раз сопоставив все данные, найти убийцу. А не носиться постоянно по городу, ведя себя как два шута. Вон у Гурова даже машину угнали, просто увели из-под носа, а он спокойно ездит на служебной и делает вид, что ничего не случилось.
