Неловко лежа на боку, поджимая онемевшую руку с оружием под себя, он рассматривал темные , по-кошачьи грациозные фигуры штурмовиков. В его подчинении остались лишь глаза и веки. Остального тела Антон вообще не ощущал. Отчаянно вращая глазными яблоками, он кидал взгляды на повалившихся на пол бойцов Стрелки, беспомощных, не в состоянии издать ни звука.
– Свет! – раздался голос одного из четверых охотников. Все они были в масках, примерно одного телосложения и роста, так что различить их было нелегко.
Сейчас же вспухло электрическое море огней под потолком грузового отсека. Парализованные и ослепленные, бойцы лежали, моргая. Внезапно появился Дарий, словно черт, выскочивший из табакерки. На его торжествующем лице была намалеванная широкая улыбка победителя. Он оглядел беспомощных людей и кивнул штурмовикам.
– Можете идти. Этими займутся наши периеки.
Воины молча кивнули и удалились. Где-то справа открылись двери – похоже, пневматические. Дарий, не прекращая улыбаться во весь рот, неторопливо обошел лежащих на полу людей и саркастически провозгласил на весь зал, вызвав заметное эхо.
– Что ж, господа! Вот вы и попали в наш город, Новую Спарту. Надеюсь, вам тут понравится. Со мной вы уже знакомы: я наварх Дарий. Кстати, царь Идоменей и эфор Автоликон решили лично познакомиться с отважными безумцами, дерзнувшими посягнуть на жизнь и благополучие жителей нашей общины; вот и они…
Дверь слева отворилась. Два грузных человека неторопливо прошаркали ногами по полу, приближаясь к поверженным бойцам. Антон, лежа на боку, не сразу увидел их. Зато хорошо видел Дария, в почтении опустившемся на одно колено, едва завидев идущих людей .
– Молодец, Дарий, хорошая работа. Твои ребята сработали безупречно. – раздался скрипучий старческий голос. Дарий почтительно склонил голову к поясу.
– Кстати, -продолжал вещать тот же противный голос, – ты заставил нас поволноваться. Впрочем, думаю, ты намеренно сдался в плен, дабы заманить врагов в расставленные сети?
– Точно так, о великий! – голос Дария в одно мгновение стал откровенно подхалимским.
– Я так и думал. Это в твоем стиле. Дать понять противнику, что он контролирует ситуацию…
Шаркающие старцы подошли к Дарию. Теперь Антон, скосив глаза, смог их рассмотреть. Это были два почтенного возраста человека с длинными окладистыми седыми бородами до пупа, облаченные в переливчатые серые плащи с белыми подкладками. Один из них держал в руке золотой короткий посох , напоминающий царский скипетр. Его мантия была расшита золотыми кривыми линиями, которые, как присмотревшись, понял Антон, изображали змей, обвивавших чашу. На рукаве пришельца виднелись красиво вышитые золотые кресты в лавровом венке. Второй, чуть пониже ростом, был в точно таком же плаще, но без крестов на рукаве. Видимо, в местной табели о рангах он стоял ниже.
– Ты будешь вознагражден, Дарий. – подал задыхающийся астматический голос второй старец. Теперь ступай.
Дарий низко поклонился, неловко отставив больную руку, и спешно ретировался.
Старцы подошли к лежащим на полу, принявшись с неприкрытым любопытством ученых, рассматривающих под лупой неизвестный науке вид бабочки, изучать добычу. Хриплое дыхание нарушало тишину амфитеатра; слезящиеся глаза, скрытые за толстыми линзами очков, шарили по телам, почти физически их ощупывая. Старцы склонились над людьми, внимательно их осматривая . На руки они натянули перчатки из латекса, но не притрагивались к пленникам даже ими. Видимо, из брезгливости, или удовлетворились наружным осмотром. Наконец, они поднялись, видимо довольные.
– Хороший материал! – удовлетворенно изрек первый старец с крестами на рукаве. – как раз то, что нужно!
– Прекрасно! – воскликнул астматик.
– Пусть сделают анализы и распределят их по камерам. – величественно изрек тот, кого Дарий назвал царем. Второй чуть поклонился ему.
Идоменей помедлил еще немного, с особенным любопытством уставившись на Антона, видимо, он его заинтересовал.
– Замечательно! Леонид будет доволен! – молвил он наконец, обращаясь, скорее, к самому себе.
Величаво, неспешно шаркая башмаками, они удалились обратно, через ту же дверь, в которую вошли в ангар.
Несколько минут десять человек лежали тихо, не в силах не то, что пошевелиться, но даже издать какой-либо звук. Антон встретился глазами с Шаповаловым – Левченко мог заглянуть в лицо лишь ему. Глаза, до краев наполненные отчаянием, по-собачьи тоскливо уставились на парня. Они умоляли, просили пощадить, искали помощи. И не могли найти ободрения и поддержки – взгляд Антона выражал то же самое.
