– Мало, но есть. Не твое дело.
Алекс пожал мощными плечами.
– Хорошо. Мы все равно идем на юг. Это по пути. А в качестве оплаты я беру оружие.
– Вот и договорились… – все трое расслабились, опустили вниз винтовки. Переглянулись с облегчением.
– Ну, чего ждешь? Потопали.
– Ружья свои уберите. Никто на вас не нападет. Лесу не нравятся проявления открытой агрессии.
Троица расхохоталась во все горло.
– Ты нас не уважаешь? Держишь за полных кретинов? Может, еще скажешь, тебе оружие сдать? – подал голос один из них, чернявый невысокий брюнет с открыто плескавшимся в серых глазах презрением и плохо скрываемой злобой.
– Мне ваши винтовки не нужны. Но послушайтесь совета, уберите их.
– Заканчивай трепаться, проводник! – зло прикрикнул главный, начавший терять терпение. – Время идет, а мы все еще здесь! Шагай…
– Хотя бы, как вас звать-величать?
Главный окинул его презрительным взглядом.
– Меньше знаешь, крепче спишь, охотник. Твое дело- довести на до города, и большего тебе знать необязательно. Впрочем, можешь звать меня Митяем.
Алекс равнодушно повернулся к ним спиной и заложив пальцы за лямки рюкзака, отправился в чащу леса. Троица отмороозков, не пожелавших представиться, зашагала в хвосте группы.
Антон насмотрелся на таких подонков предостаточно. Были они и на его острове. С одинаковым безразличием они убивали и животных, и людей, не делая никаких различий…
Троица явно нервничала, все время озираясь назад. У Левченко сложилось стойкое впечатление, что они удирают от кого-то. Он обернулся, разглядывая их туристические рюкзаки – похоже, набиты были под завязку и весили немало.
С их слов выходило, что плутали они по лесу уже два дня. Сначала шли по компасу, однако быстро обнаружили, что ходят кругами. На следующий день компас вообще взбесился, стрелка стала вращаться , будто сумасшедшая. Они пошли на юг, оставляя зарубки на деревьях, а когда стали натыкаться на свои отметины, поняли, что заблудились окончательно. В конце концов, они сделали привал на поляне, где их и обнаружили Алекс с Левченко и стали решать, что же делать. Все трое сошлись во мнении, что попали в какую-то странную западню, рационального объяснения которой дать были не в состоянии…
К сумеркам путники сделали километров двадцать по глухому дремучему лесу. Ночевка было одновременно и первым за весь день привалом. Антон повалился на землю, прислонившись к поросшему мхом большому бревну. Только теперь он почувствовал, как вымотался за этот день…
Плотная шевелящаяся мрачная громада ночного леса окружала поляну со всех сторон, но страха Антон в присутствии Алекса не чувствовал. С ним действительно было спокойно.
Охотник выбрал для стоянки большую поляну метров двадцать в периметре. Развел костер, достал нехитрую снедь. Антон тоже развязал рюкзак, наскоро перекусили.
Троица держалась особняком. Они развели свой собственный костер, надули палатку, сели у костра так, чтобы держать Антона с Алексом в поле зрения. Смотрели на спутников настороженно, все время поглядывали по сторонам; нервничали они здорово.
– Не нравятся они мне, Антон. – сказал Алекс, наблюдая за троицей. – И самое главное, не нравится мне то, что у них в рюкзаках. Точно не могу пока определить, что там, но думаю, и им, и нам грозят неприятности из-за того, что они несут…
– Может, попросту оторваться от них?
– И оставить на погибель? Возможно, они и не заслуживают этого, но придется позаботиться о них. Черные души в лесу не выживают. А у меня есть свой кодекс, одно из правил которого гласит – не оставляй заблудившихся без помощи. Есть шанс, что кто-то из них образумится, когда начнут происходить… странные вещи…
– О чем вы?
– Сам увидишь. Лес не любит, когда с ним непочтительно обращаются… Ты видел их реакцию, когда я предложил убрать оружие… Они сделали что-то нехорошее, спектр ауры темный… И эти рюкзаки… Там что-то очень ценное для них. И смертельно опасное… Ладно, хватит о них. Палатку сейчас надувать не будем. Отоспишься днем. Ночью в лесу спать нельзя. Будем у костра сидеть, поддерживать огонь и развлекать друг друга разговорами.
– Так все-таки, почему здесь нельзя спать ночью? – снова спросил Левченко.
– Ты вообще слышал что-нибудь о Волховском Лесе?
– Нет, я же не здешний…
– Леса здесь на Новгородщине глухие, колдовские. Опасно здесь днем, а после захода солнца опаснее вдвойне. По поверьям, именно здесь, в лесу и обитал в старину некий Волхв, волшебник. Волхвы бывают не только добрые, но и злые. Трудно сказать, чего в нем было больше – светлого или темного начала. Он изучал природу, травы, много лет жил в чаще леса одиноко, а потом внезапно вышел к людям. Здесь неподалеку был на кургане кремль…
Эту историю Антон уже слышал.
– Тот самый местный Нострадамус?
Алекс кивнул.
