Казю вышел. Франк сидел неподвижно, глядя на экран своего телефона и странные GPS-координаты. С помощью навигатора он обозначил виртуальной «кнопкой» указанное место, потом ввел другие координаты, найденные у Кремье. Снова обозначил место. Программа показала, что расстояние между двумя точками меньше трех километров.
Три километра посреди океана. Что же это значило? А эти координаты, записанные Мюрье, тоже давали доступ в Черную комнату? Что она вообще такое, эта окаянная комната? Реальна она или это лишь химера? Проклятое место, которого не существует?
И вдруг Франка осенила одна идея. Нет, это была очевидность.
Он злился на себя, что не додумался до этого раньше. Речь действительно могла идти о GPS-координатах, но не для перемещения в физическом мире. Слова Гийома Томео, их компьютерного аса, зазвучали в его голове: «Всякий желающий может бесплатно сесть в субмарину и спуститься в глубины, чтобы встретить там монстров из тьмы, которых никогда не увидишь на поверхности».
Darknet был полон монстров и бездн, одни других гнуснее.
Darknet
«Адреса фантомных сайтов представляют собой лишь набор цифр и букв…» – добавил тогда программист.
Шарко вдруг ощутил себя наэлектризованным. Подстегнутым адреналином. Он взял пробковую доску с планом и почти выбежал из трейлера, уверенный, что эти GPS-координаты, если их соединить, представляют собой фантомный адрес.
Дверь, ведущую к самым глубоким безднам Darknet’а.
Почти три часа дня.
Время бежало с ужасающей скоростью.
Шарко слушал радио по дороге в отдел экспертно-криминалистической полиции. Грипп птиц окончательно заполонил новостные программы. Число случаев заболевания неуклонно росло, было уже тысяча восемьсот больных и трое умерших. К списку затронутых европейских стран прибавились Швейцария и Болгария, и один случай был выявлен в Нью-Йорке в ночь с воскресенья на понедельник, а это означало, что в ближайшие дни ВОЗ объявит высший уровень тревоги: пандемию.
Ученые и журналисты начинали задаваться вопросом, каким образом грипп перешел от птиц к человеку, и не приходилось сомневаться, что рано или поздно они докопаются до правды. В парламенте оппозиция нещадно нападала на действующее правительство, обвиняя его в ошибках, промахах и сокрытии информации. Начали поднимать досье, разгребать грязь, интересоваться фармацевтической промышленностью и производством вакцин. Как всегда в таких случаях, рождались теории заговора, а тем временем школы закрывались, если был выявлен хоть один случай. Медперсонал бастовал, тогда как больницы были переполнены, водители городского транспорта отказывались выходить на работу, боясь подцепить микроб, и выдвигали требования через СМИ: они хотели усиления мер безопасности и надбавки за риск. Производители птицы не могли продать свой товар, их бизнес рушился…
Разброд наступил в большом и в малом, список был бесконечен. Но это было ничто в сравнении с тем, что могло произойти, если среди населения начнет распространяться чума. Шарко осознал, до какой степени неустойчиво равновесие общества. Оно зиждется на песке, и природа, о которой мы слишком часто склонны забывать, может поколебать его в любой момент. В тот день, когда она решит вновь вступить в свои права, когда ей надоест беспечность людей, она обрушит на них такое бедствие, которое сметет человечество в два счета. Земля будет по-прежнему существовать, но без нас. И это не помешает ей вращаться.
Франк занес пробковую доску с картой в отдел дактилоскопии, попросив срочно сделать анализ. Ему пообещали результат через два или три часа, предположив, что для такого рода бумаги потребуется особая техника фумигации. Потом он помчался в контору, благо дом 36 был рядом. Запыхавшись, взбежал на третий этаж, вошел в общий зал, закрыл за собой дверь и сел за свой стол, обливаясь потом.
Жак Леваллуа, бывший в курсе ситуации, поднял голову:
– Вам, кажется, опять попался тот еще молодчик.
– Дядя, да… Но это ничего нам не дало. Человек-птица по-прежнему в бегах.
Компьютер был готов. Шарко сосредоточился на экране и запустил навигатор SCRUB. Одновременно он развернул бумажку с координатами, полученными благодаря тиснению на самоклеящемся листке.
В навигаторе SCRUB анонимная сеть была уже загружена и готова к работе. С комом в горле Франк ввел в адресную строку цифры без пробелов: 11234040N142384838E.dkw – и кликнул.
Появилась черная страница с символом из трех кругов посередине. Ниже – фраза на английском, которую Франк мысленно перевел:
Шарко ощутил безмерную радость, которую тут же захлестнула волна тревоги: он был наконец у дверей пресловутой Черной комнаты. Сейчас он узнает ее страшные тайны. Он поднял глаза на фотографию Джоша Рональда Саважа. Посмотрел на него вызывающе, словно тот был перед ним во плоти.
