– Обсерватория как раз действующая, только полностью автоматизированная. Она на балансе космических войск стояла, – Корнилов напряженно массировал виски, – есть у меня одна мысль, вот её проверить хочу. Я покинул бункер через запасной выход, он ведет за периметр территории, черный ход, так сказать. Все что за периметром никак не охраняется. За сутки никто не потрудился закрыть за мной люк. Так что есть шанс спуститься хотя бы в подземный туннель, он ведет в санитарную буферную зону, а за ней – уже основной вход в убежище. Там, конечно, дверь бронированная, но пока других идей у меня нет.
– Силой их не взять, надо как-то хитростью пробовать. Разведаем завтра, а там что-нибудь придумаем, – сказал казак, в глубине души понимая, что вытащить сына президента почти невозможно.
На следующий день Федор, Леха и Горик поехали на виноградные плантации за колючей проволокой. Остальные мужики разбирали один из брошенных домов на стройматериалы для укрепления периметра.
Когда солнце поднялось в зенит, Борис снял кепку, смахнул пот со лба и скомандовал отбой:
– Все, сиеста. Отдыхаем до четырех, а то дышать уже не возможно. Пот в три ручья, я сегодня столько не выпил, сколько с меня уже вытекло.
– Я в четыре на пост, – как бы между делом напомнил Грек.
– Добро, там как раз наши, может, вернутся с виноградников. Хорошо, конечно, в «командировку» ездить: за пару часов управились, а сейчас загорают поди. Зато к вечеру подтянутся с усталым видом, мол, весь день батрачили, – рассмеялся пограничник, шагая с приятелями в сторону поселка.
– Может, и до моря прокатятся искупаться, – с легкой завистью добавил Лев Николаевич.
Робокоп запнулся протезом о муравьиную кочку, машинально матюгнулся и покачал головой:
– Я бы не рисковал, думаю, Федя тоже не станет. Ближе к побережью зомбаков много, да и на другие проблемы нарваться можно, тут к гадалке не ходи. У тебя, кстати, какие планы сейчас?
– В сарайчике хочу поработать, я штуки для самообороны всякие мастерю время от времени, – чуть смутившись, ответил президент.
– О, это интересно. Загляну к тебе попозже, если не против, – кашлянул пограничник.
– Нет, конечно.
Робокоп посмотрел в сторону коттеджа, на чердаке которого устроили наблюдательный пункт:
– Грек, а кто у нас сейчас на «фишке»?
– Ксюха должна быть.
– Надо бы женский состав к стрельбе почаще привлекать. Вот с периметром закончим и будем обучать, – словно сам себе сказал Борис.
Обедали сегодня все у Марины, которой, как обычно, за компанию помогала Оксана. Не смотря на «конец света», питались в поселке даже лучше, чем в правительственном убежище. Подкрепившись, Лев Николаевич поблагодарил хозяйку и встретился глазами с Мариной. Сегодня она смотрела на него как-то по другому, это чуть смутило Корнилова. Он торопливо поднялся и направился в свое жилище.
Накормив Агата и налив ему в миску свежей воды, Лев Николаевич пошел в мастерскую. Президент понимал, что патроны рано или поздно закончатся, поэтому в свободное время любил мастерить копья, дубинки с торчащими гвоздями, и другое оружие для рукопашной схватки, которое можно было изготовить из подручных материалов.
Сегодня день тянулся особенно долго, и Корнилов чувствовал, как его время от времени накрывает нервная дрожь. Он договорился с Федором и Борисом, что вечером они отправится к обсерватории. Теперь мысли об этом не давали Льву Николаевичу покоя.
Ближе к закату с виноградников вернулись казак с сыном и Горик. Жара потихоньку спадала, работать стало уже не так тяжело как на солнцепеке. Борис предупредил остальных о предстоящей поездке, и когда солнце ушло за горизонт, мужики разошлись по домам.
Отдохнув с полчаса, пограничник, Федор и президент отправились в дорогу. Леха тоже порывался ехать с ними, но отец настоял, чтобы тот остался дома. Федор завел свой электрокроссовер, и друзья двинулись в путь.
Они проехали лес и место недавней засады, спустились с холма и, не торопясь, покатили к обсерватории. Через некоторое время Лев Николаевич заметил большой старый «Форд» на обочине дороги и попросил остановиться:
– Это тот самый дом на колесах, в котором меня чуть не съели. Хочу кое-что проверить…
– Оно тебе надо? – насторожился Борис.
– Да я быстро, наблюдайте за дорогой, – Корнилов захватил ружье и осторожно подошел к фургону. Все осталось так же, как в ту ночь, когда его окружили зараженные. Лев Николаевич медленно приоткрыл дверь жилого отсека. Резкая отвратительная вонь тут же ударила ему в нос. От смрада он попятился назад, и его чуть не стошнило. Даже Федор с Борисом, стоявшие в стороне, с отвращением поморщились.
– Фу, что там за тухлятина? – сплюнув, крикнул Робокоп.
– Хозяева этого автодома, – чуть отдышавшись, ответил президент.
