Стотысячных мехов ненужных лапки
Небрежно падают с красивого плеча.
Воспринимала стук колёс, как бой курантов
Вдыхая жадно ядовитый креозот
Затоптанное кружево платка.
Мне представляется, что вижу я Арбат
Бьют по мозгам, и даже мозжечку.
Куда мой правнук путь проложит по песку
Между Америк, Африк и Москвы.
Границ, законов строгих, и сумы.
Кипел котёл в моей груди
Сосуды лопались от жара
На автостраде Фирюзы
Лежала павшая чинара
Автобус встал, мигая фарой,
Мотор утих, и голоса.
Лишь звук волнующий гитары
Плывёт в прозрачных небесах.
Явилась я с далекой Андромеды
Без чемоданов, сумок, барахла.
Обутая в резиновые кеды,
Гляжу на золотые купола.
Я световые версты нанизала
На чётки, что купила в Бухаре.
Я помню, как девчонкой приезжала,
На площадь трёх вокзалов на заре.
Москва ещё жива, спокойно дышит,
В морозном воздухе струится пар из труб,
Что смотрят ввысь. Мотор ревёт и пышет.
Секунда — и к созвездиям рванут.
В столичных улиц гибкую поверхность
Я снег втопчу упругим башмаком.
А дальше — в вековую бесконечность
От тяжести московских катакомб.
Твое лицо у белой занавески
Желтеет акварелью, как во сне.
Твоих волос курчавых арабески
Воспоминанья взбудоражили во мне.
С триумфом умирающей калеки
Почти с улыбкой смотришь из окна.
Таким твой профиль врезала навеки
Больницы Градской истощенная стена.
Живут те незабвенные моменты
Во вьюге белой, песне проводов.
Периодической системы элементы
Смешались в лабиринтах городов
Сверкает воздух, крыши и заборы,
Сверкает храм под тыквой золотой,
Кокошника жемчужные узоры
Снегурочки, замёрзшей под водой.
Колокола звонят наперебой,
Промчалась «Аннушка» три четверти квартала.
Вперёд, вперёд, вперёд по мостовой,
А, может, даже дальше — до Урала!
От палуб ресторана «Джалтаранг»
Рукой подать до древнего Бомбея
Где возле вод реки священной Ганг
Растет бамбук, сандал лелет.
Жизнь как река, течёт он мели к мели,
От омута до омута. У дна
Бурлит, свирепо пенится у ели,
Что выросла на острове одна.
Так вот и я, лохмата и смугла
Росла как саженец, оторванный от почвы,
Цеплялась корешками, как могла,
За небо — в сандалетах без подошвы.
В середине реки каменистой полоской
Окружён валунами таинственный остров.
Словно в радуге светятся ветви берёз,
Чаши лилий плывут в царство музы и грёз
Облака не видны в серебристых потёмках,
Серый волк, наконец, убаюкал ребёнка.
Месяц ясно глядит на красотку в гробу,
Звёзды падают с неба в печную трубу.
Колдуны собрались ворошить на заре,
Слёзы сосен бегут по шершавой коре.
Вурдалаку невмочь — солнце встало опять.
Бог Перун поутру повернул Землю вспять.
Вот и я — далеко, за зелёные горы,
Полечу на метле в голубые просторы.
Эфемерные сети красавиц,
Как скользящее мима трико.
Лишь морщины трещат от сумятиц
В папильотках старухи Клико
Нету хлеба, и зрелище грустное.
Эй, прохожий меня не суди
Старость, метаморфоза искусная,
Ожидает меня впереди
Мне ль не знать, что судилище строгое
Обратит свою рожу ко мне
Обвинят моё тело убогое
А потом я погибну в огне.
Откуда в беспризорнице — малышке
Горит идея маленького счастья?
Она когда-то родилась в манишке
С таинственным браслетом на запястье.
Но Рок её удерживал в узде.
Ведь на планете родилась она.
Нигде не миновать возмездья на Земле,
Где в ожидании она ломала руки…
Забрезжил свет голубенький.
Ну что ты стонешь, миленький?
Ты плачешь, будто маленький,
И нос твой очень красненький.
Случилось что-то мнимое,
Оно — непоправимое,
Такое неопрятное,
Безумно необъятное.
Нашёптано подружками, Они такие ушлые.
Оно такое грязное,
И челюстями лязгает.
На мне платочек беленький шифоновый,
И свет вокруг сверкающий неоновый,
Чулок поехал новенький нейлоновый,
А ты все ждёшь меня, как околдованный.
Ты ждёшь меня у поворота левого,
С Садового кольца от снега белого,
Под небом почему-то цвета серого,
В пальто покроя старого нелепого.
Трущобы опустели здесь он холода,
Юродивые умерли от голода.
И вроде бы нет никакого повода
Бояться электрического провода.
Я в этом измерении погибла.
В другом — ещё, как будто, не была.
И, кажется, что в сердце боль утихла.
А, может быть, я вовсе не жила?
На свете том не надо кругозора,
Не надо деньги делать и платить.
Булыжные неровные узоры
Во сне иль наяву мне не забыть
Реальности размыты горизонты
Межзвездный ветер пахнет высотой
Седые колорадские курорты
Растаяли на солнце подо мной.
