Панталончики упали! полностью

КОЭН: Не смею просить вас об этом, я могу справиться сам.

ЛУИЗА: Присядьте. Хотите кофе?

КОЭН: Спасибо. Я бы не отказался. (Луиза наливает ему кофе. Он садится.) Жаль, что Версати съехал.

ЛУИЗА: И это вы говорите?

КОЭН: Мне жаль вас. Я знаю, он вам нравился.

ЛУИЗА: Как странно. С чего вы взяли?

КОЭН: Я вас понимаю.

ЛУИЗА: Правда?

КОЭН: Все мы жертвы обстоятельств.

ЛУИЗА: Как это?

КОЭН: Мы все потерпели неудачу, которая вновь опустила нас на грешную землю. Наши фантазии и желания отрывают нас от неё, мы парим в небесах, а возвращаться-то всё равно приходится. Версати двигало его вдохновение, меня ревность. Вас жажда любви.

ЛУИЗА: А почему вы уходите?

КОЭН: Моя ревность как-то сама собой сошла на нет, и мне тоже пора вернуться к своей реальной жизни, она, в общем-то, не так уж и плоха.

ЛУИЗА: А я в результате живу со своим мужем.

КОЭН: А-а-а.

ЛУИЗА: Он вдруг снова востребовал меня.

КОЭН: Даже так. Это всё же странно.

ЛУИЗА: Меня удивляет другое.

КОЭН: Мой уход?

ЛУИЗА: Нет, хотя вы мне не безразличны.

КОЭН: Переменчивость Версати?

ЛУИЗА: Нет, переменчивость — это его суть. То, что меня неожиданным образом вдруг опустошило.

КОЭН: Могу я спросить, что это?

ЛУИЗА: То, что моя слава вдруг улетучилась.

КОЭН: А-а-а-а…

ЛУИЗА: Я была такой желанной.

КОЭН: О, да…

ЛУИЗА: Подумать только: панталончики упали. Такой пустяк. Нелепая случайность. И все сразу захотели быть со мной. Я стала скандально известной. Но все исчезли также быстро, как и пришли.

КОЭН: Луиза, вы настоящее сокровище. Но наши глаза всегда смотрят не туда.

Она обнимает его. Входит Тео.

ТЕО: Коэн, она уже заняла вашу территорию.

КОЭН: Доброе утро герр Маске. Вот, зашёл забрать свои вещи.

ТЕО: Только не забудьте: Луиза не одна из них.

КОЭН: (Запальчиво) Это был всего лишь дружеский прощальный поцелуй.

Собирается уходить.

ТЕО: Подождите, Коэн, я хочу сказать вам одну вещь. Я буду скучать.

КОЭН: По мне?

ТЕО: Да. Вы всё тут перевернули вверх дном, но за это вы мне и нравитесь. И это ещё раз доказывает одну вещь.

КОЭН: Какую?

ТЕО: По одному человеку нельзя судить обо всей нации.

КОЭН: А в вашем случае, герр Маске, как раз наоборот.

Входит Клинглехоф.

КЛИНГЛЕХОФ: Прошу меня извинить, я пришёл подписать бумаги.

ТЕО: Да, конечно. Коэн, герр Клинглехоф пришёл на ваше место. Не думаю, что он будет здесь танцевать джигу, но он тоже забавный тип.

КЛИНГЛЕХОФ: Я уж скорее буду мёртвым, чем забавным.

Входит Гертруда. У неё в руках свёрток.

ГЕРТРУДА: У меня для вас сюрприз.

Она разворачивает свёрток и достаёт из него пару панталончиков, раскрашенных в цвета германского флага.

ТЕО: Ого! Потрясающе!

ГЕРТРУДА: Они вам нравятся?

ЛУИЗА: Да. Прелесть.

ТЕО: Я прямо чувствую, как они будут сползать. Клинглехоф, как вы можете быть таким равнодушным?

КЛИНГЛЕХОВ: Потому что я знаю, со мной этого не случится.

ЛУИЗА: Герр Клинглехоф, вам не нравится германский флаг Гертруды?

КЛИНГЛЕХОФ: Он великолепен, и я его приветствую. (Отдаёт честь)

ГЕРТРУДА: О, по-моему, кто-то идёт.

ТЕО: Наверно, Версати. Вернуть свои деньги за квартиру.

ГЕРТРУДА: Нет, поступь слишком уж тяжёлая для него.

ЛУИЗА: Мы никого не ждём сегодня.

КОЭН: Да. Табличку «сдаётся комната» сняли с окна.

Шаги приближаются. Все в ожидании. Наконец, появляется элегантно одетый господин при полном параде. Все падают на колени.

КЛИНГЛЕХОФ: О, Боже! Это же кайзер!

ТЕО: (Луизе) Я тебя предупреждал!

Клинглехоф наклоняется к Гертруде, забирает у неё панталончики, на вытянутых руках как знамя молитвенно протягивает кайзеру. Кайзер кажется смущённым.

КЛИНГЛЕХОФ: Ваше величество.

КАЙЗЕР: Пожалуйста, встаньте. Это дом Тео Маске?

ТЕО: Да. Я уверяю вас, то, что случилось позавчера…

КАЙЗЕР: Я наслышан о вашей безупречной службе, герр Маске. О вашей добросовестности и скрупулёзности в исполнении своих служебных обязанностей. А также преданности немецкому народу и кайзеру.

ТЕО: Я…

КАЙЗЕР: Каждый год, я лично инспектирую работу государственных служащих и награждаю отличившихся. И я рад сообщить вам, герр Маске, что вы получили повышение по службе: теперь вы помощник Главного столоначальника Верховной Королевской канцелярии.

ТЕО: О, ваше Величество, мысль о том, что вам известно моё имя уже является для меня высшей наградой.