Лемуил принял кубок и выпил содержимое. Странно, но теперь, рядом с друзьями и их заботой, он вновь ощутил возвращение блаженства.
— Так на какой город мы сбросим камни? — Рафаил-Лан откинулся в кресле и разглядывал раздающего последние перед Седьмой Чашей распоряжения Михаила. — Лас-Вегас?
— Вряд ли, — Михаил-Лан ухмыльнулся на дружескую подколку. — Думаю, Нью-Йорк.
— Почему Нью-Йорк? — искренне полюбопытствовал Рафаил-Лан. В неофициальном тотализаторе клуба «Монмартр» он поставил на Чикаго. Рафаил тщательно обдумал ставку.
— Традиция, Раффи, традиция. Ты замечал, что при сьемках фильмов-катастроф люди всегда выбирают местом действия Нью-Йорк? От «Кинг-Конга» и далее. Мы существа традиций, Раффи, и должны уважать обычаи других. Что значит сбросить скалы на Нью-Йорк.
— Это же не единственная причина, — Рафаил-Лан слишком хорошо знал Михаила. И отлично понимал, что Михаил питает к традициям ровно столько почтения, сколько к Яхве — то есть никакого. — Что на самом деле?
— Раффи, зачем мы проливаем Чаши Гнева?
— Чтобы сдержать людей и заставить их гоняться за собственным хвостом.
— Верно. но нам не нужно удерживать их от Яхве, наоборот, они должны бешено орать от ненависти к нему и злости. А потом, когда они ворвутся в Рай и найдут концлагерь Белиала со страдающими там заключенными, эта ненависть и злость прорвется и будет направлена только и исключительно на Яхве. Не на ангельский род, а лишь на самого Яхве. Раффи, я это уже говорил и рискую показаться утомительным, но повторю. Если люди вломятся в Рай и решат стрелять в нас, нам конец. Всем. Люди слишком хорошие убийцы, их следует направить на другую цель. Которая поглотит их энергию — и огневую мощь. Вот почему мы собираемся сбросить скалы на Нью-Йорк. Там кое-что есть, и если сбросить туда камни, они взбесятся. Исполнятся ненависти и гнева, возжелают лишь мести. И тогда мы дадим им шанс и цель.
Михаил-Лан закончил с приготовлениями и решил — время привести в действие последние элементы схемы.
— Раффи, близится конец игры. Скоро я открыто выступлю против Яхве. Тебе пора собирать участников. Когда начнется, мне понадобится каждая крупица поддержки, а Яхве мне нужен сидящим на троне в одиночестве и изоляции.
Рафаил-Лан утвердительно кивнул, шагнул в окно и взлетел с карниза. Михаил посмотрел на его полет над Вечным Городом и печально вздохнул. Он сказал Рафаилу-Лан правду, близится эндшпиль, а при нем обычно и случаются накладки.
Архангел тоже шагнул на карниз, раздул летательные мешки и взмыл ввысь.
— Ну, как твои успехи?
Кафиил-Лан-Шекина взглянул на высящуюся над ним сияющую белую фигуру и слегка содрогнулся. Когда его вовлекли в план бунта в Раю, мысль ему понравилась. Теперь, увидев лежащую за словами и планами реальность, он больше всего на свете хотел просто отмотать время назад.
— Как вы велели, могучий господин. Я проинструктировал ячейки движения разместить бомбы на рынках, где покупают товары люди и ишимы. Каждый взрыв сопровождался требованием свободы политическим заключенным, кем бы они ни были, и уступок людям и низшим чинам Ангельских Воинств. Разумеется, наши требования проигнорировали.
— Значит, твоя кампания должна продолжаться. Где планируешь заложить следующие бомбы?
— В храмах, могучий господин, открытых для людей и ишимов. Пока будем делать так, потом снова вернемся к рынкам.
— Превосходно. И еще одно, за чем тебе приказано следить.
— Лемуил-Лан-Михаил, могучий господин? Не далее как несколько часов назад в его доме случилась крупная ссора. Он публично отверг свою супругу Онниэль и вышвырнул ее. Сейчас она в шоке слоняется по рынкам и не знает, что делать или куда идти. Другие за ее спиной смеются над ней, ведь будучи женой Лемуила, она не упускала возможности ужалить кого-то словом и строила из себя величие. Никто ей не сочувствует и не идет на помощь.
— Замечательно. Кафиил-Лан-Шекина, для тебя есть новое задание. Ты спланируешь и проведешь похищение Онниэль. Когда она окажется в твоих руках, помести ее в безопасное место, откуда она не сможет сбежать и с кем-то связаться. Спланируй тщательно, не должно быть никаких признаков случившейся с ней беды. Все должно выглядеть, словно она просто отправилась в другой район Вечного Города. Ты понял? Это важнейшая часть всей операции.
— Но какова цель, могучий господин? Держать ее ради выкупа? Или выдвинуть требования, неисполнение которых завершит ее существование?
— Любопытствуешь, Кафиил-Лан-Шекина? Салафиилу-Лан тоже было интересно, и посмотри, что с ним стало. Теперь он сидит во тьме и бормочет бессмыслицу, разум покинул его навсегда. Так ты любопытствуешь, Кафиил-Лан-Шекина?
При мысли о судьбе Салафиила Кафиил-Лан почти утратил контроль над мочевым пузырем.
— Нет, могучий господин. Я не любопытствую. Ни о чем.
