— Иными словами, важных дел и обязанностей у тебя нет. Что ж, мы можем это исправить. Что скажешь насчет вернуться на несколько месяцев в (П.) О. В. А. Р. и помочь нам разобраться с Яхве так же, как и с Сатаной?
— Сумма, и получу ли я процент от прибыли?
— Служба добровольная и, боюсь, никакого процента. Хотя фанаты придут в экстаз, услышав о твоем добровольном участии в помощи военным. Снова.
Она внимательно изучала его лицо, а в голове проносились варианты. Фокус-группы выявили один ее недостаток как звезды: сомнения людей в ее лояльности. И это, думала Луга, несправедливо. Она не хранила окончательную верность никому. Но провести отпуск, помогая людям вести войну — это убедит сомневающихся, что она однозначно на их стороне.
— Только пока мое участие будет в новостях. Что вы от меня хотите?
— Яхве причиняет нам урон. Несем потери, ничего критичного, но это раздражает. Проблема в том, что нам до него не добраться. В последние шесть месяцев все возможные пути в Рай методично перекрывались. Так что мы собираем все ресурсы, чтобы это изменить. И ты, Луга, один из них.
Она кивнула. В ее голове крутилось, что Вечный Город, по сути, представляет собою кучу драгоценных камней, на которых она сможет разбогатеть. Да и надрать уши Яхве — дело стоящее. И к тому же люди будут еще больше в долгу перед ней, что приятно.
— Перефразирую: что вы хотите знать?
— В целом все, что ты можешь рассказать о Великой Войне в Небесах. Как она проходила, где шли бои, как силы Рая и Ада добирались друг до друга. И еще — какое оружие Яхве приносил на вечеринку.
— Некоторые ответы я дам прямо сейчас. Попасть из Рая в Ад или обратно определенно крайне сложно. Требует больших усилий и координации с обоих концов. Таких каналов было очень мало, а после войны сохранился лишь один. Райские Врата. Почему вам не использовать их?
— Их закрыли.
— Весьма разумно для Яхве. Или, подозреваю, для Михаиланяхве, — Луга произнесла имя Михаила по-демонически, в одно слово. — Михаил — генерал Яхве. А оружие? Ничего сравнимого с вашим. У него, конечно, есть звери, они кошмарны, но против ваших танков и самолетов? — Луга насмешливо фыркнула.
Пашалю подумалось, что ее смех очарователен, но потом он отвесил себе мысленную затрещину. Проклятье, эти феромоны опасны, а замкнутое пространство лимузина идеально для проявления их эффектов. Он сглотнул, взял себя в руки и продолжил.
— Хорошее начало. В любом случае с тобой будут беседовать наши эксперты.
— Почему вы не спросите Абигора? Он сражался в той войне, был одним из лучших генералов Сатаны. Или Белиала, одного из худших.
— Мы без понятия о местонахождении Белиала. И к тому же никогда не полагаемся на один источник.
— Весьма мудро, —
— Всевышний знает, о чем Он просит?
— Разве есть что-то вне ведения Всевидящего Отца? Да, Он знает, о чем просит, но альтернативы нет. Американцы стоят в сердце сопротивления Его Божественной Воле, они должны пострадать за непокорство. Ближайший город, думаю, станет подходящей целью. Он на границе и будет для тебя легкой жертвой.
— В этом мире больше нет легких жертв, Михаил-Лан. Так было много лет, но теперь все гораздо хуже. Куда бы я ни пошел, люди сканируют небеса своими машинами. И если видят подозрительное, поднимают на разведку самолеты. А с начала войны всякий раз, когда они что-то видят, то еще и стреляют ракетами. Ими владеют даже беднейшие и самые малые страны. И у них есть нечто еще, что я не понимаю. Его я видел лишь отчасти, но оно за пределами моего разумения.
Михаил-Лан понимающе кивнул.
— Люди любят машины. Некоторые даже дают им имена и говорят как с живыми. Мексика гораздо беднее Америки, заходи с юга, и дверь будет открыта.
— Есть кое-что еще. Когда-то мне стоило лишь пожелать, и люди умирали. Неважно, где, неважно, когда, они умирали без моих усилий. А теперь испивание их душ отнимает все силы, и даже при этом многие выживают. Животные всех видов гибнут, но люди нет. Не все. После начала войны моя работа с каждым днем становится тяжелее. Хуже всего их самолеты. Когда-то я мог вытянуть жизнь пилота, и самолет падал с небес.
