Если бы рядом был Булат, я бы кинулась в его объятия. Прижалась к его груди и дышала, дышала, дышала… Как вдыхают нашатырь, чтобы прийти в сознание.
Но Булата рядом нет.
Расхаживаю от стены к стене, постоянно кусаю губы и заламываю пальцы. Дыхательная гимнастика не помогает. Меня начинает колотить как от озноба. И тошнит. Как будто токсикоз свалился на мою голову, стоило мне узнать об интересном положении.
Взгляд падает на телефон, зажатый в моей ладони. Моргаю, смотрю на него как на чудо!
Я хочу услышать Булата. Мне жизненно необходимо. Да, он сейчас не может обнять меня лично, но Рахимов всегда умел ласкать одним только голосом. Даже на расстоянии. Он – моё лекарство.
Сажусь на раковину и, не медля ни секунды, набираю Булата.
Он отвечает после пятого гудка.
- Привет, Кудряш, - голос хрипловатый, низкий. Такой родной. И уже любимый.
Зажмуриваюсь, впитывая каждую вибрацию. Каждую интонацию. И чувствую, как спокойствие растекается по венам. Дышать становится легче, меня больше не выворачивает от страха, и тошнота отступает.
- Привет, - неуверенно шелестит мой голос. Закусываю губу и глупо улыбаюсь.
- У тебя всё хорошо?
Мне приятна его забота. Нам приятна. Пора привыкать, что я теперь не одна.
Ладонь сама ложится на живот. Поглаживаю, окончательно и бесповоротно влюбляясь в малыша. Нашего с Булатом малыша.
Боже, я до сих пор не могу поверить, что это не сон!
- Вот теперь всё хорошо…
- Кудряш? – голос становится строже, жестче. Я даже представляю, как брови Булата сходятся на переносице. – Ты меня пугаешь…
И в момент, когда хочу выдать какую-то романтическую глупость, слышу на заднем фоне высокий мелодичный женский смех.
Он. Не. Один.
Булат… с женщиной?
Неприятное чувство царапает изнутри. Давно забытый и погребённый страх поднимает голову. Внутренности сковывает льдом, перекручивает, и больно становится физически.
В голове проносится вихрь вопросов.
Кто она? Что делает рядом с Булатом? Где они сейчас? В ресторане? В отельном номере? В…спальне? Как выглядит?
Почему-то перед глазами вырастает образ длинноногой блондинки с пышной грудью – полной противоположностью мне. Как представлю, что она касается его…проводит красными когтями по груди…Едва ли не выворачивает прямо на пол.
Дышу. Вдох-выдох.
Спокойно, Лиза.
Доверяй. Ты же дала себе слово. Дала шанс Булату. Он же не идиот, чтобы его так бездарно прос**ть…
Наверно.
Рахимов говорил, что будет на деловой встрече. Скорее всего, он в общественном месте. Возможно, она просто мимо проходила или сидит за соседним столиком…
Провожу короткий сеанс психотерапии, и страх отступает.
Качаю головой, смеясь над самой собой. Краснею со стыда. Хорошо, что Булат не знает, какой винегрет из мыслей в моей голове сейчас.
Вправду, чего это я? Услышала женский смех, и уже столько всего успела себе надумать за считанные секунды…
- Кудряш?!
- Булатик, - растягивает гласные всё тот же самый капризный голосок на том конце провода. – Ну, где ты там потерялся?! Только тебя ждём…
Внутри всё обрывается. Меня как будто со скалы на землю швырнули без парашюта.
Я разбилась.
Насмерть.
- Извини, я не знала, что ты не один…, - выдавливаю, до судорог в пальцах сжимая края раковины и изо всех сил сдерживая рвущиеся наружу всхлипы. - Извини, что помешала, - отбиваю вызов и швыряю мобильный от себя подальше, как будто он отравлен.
До крови закусываю ладонь и вою. Боль ломает, раздирает на части. Каждая клеточка горит в огне предательства.
Рука снова на голых инстинктах опускается на живот. Глажу его, как будто пытаюсь защитить ещё неродившегося кроху от той мерзости, в которую нырнула.
Этот жест служит своеобразным подзатыльником.
Внутри меня – новая жизнь. Малышок, которого я уже люблю! И которого хочу, несмотря ни на что! А раз так, то я должна заботиться о нем в первую очередь! Всё остальное второстепенно.
Сползаю с раковины и включаю холодную воду. Зачерпываю пригоршню ледяной воды и умываю лицо.
Мобильный разрывается входящим звонком.
Сбрасываю его. Отправляю вдогонку стандартное и официальное до оскомины:
Да, со стороны выглядит глупо. Да, импульсивно. Но я не хочу сейчас выяснять отношения по телефону. Мне нужно остыть и разговаривать с Булатом с трезвой и холодной головой.
Я хочу дать ему шанс. Я оправдываю его в своей голове.
Потому что… люблю.
Я люблю Булата. Так сильно, что страшно…Так сильно, что хочу от него ещё одного ребёнка.
Едва телефон замолкает, тут же начинает трезвонить снова. Уже по третьему кругу. Отключаю звук и, глубоко вдохнув, покидаю своё временное пристанище и возвращаюсь в свой кабинет.
***
- У вас нет оснований, чтобы уволить меня! – гневный и возмущенный голос Степана Олеговича доносится из-за двери и нещадно лупит по барабанным перепонкам.
- Да ты что? – иронично хмыкает Егор Максимович. – Ты был предупрежден насчет Смирницкого. И не потрудился устранить свои косяки. За тобой пришлось подчищать другому специалисту. О котором ты распространяешь грязные слухи.