— Более чем! — выплюнул Финеас вместе с кровью, что уже не давала ему нормально дышать, закупоривая, заливая собой горло. Том даже не поморщился, когда алые капли брызнули ему на лицо, только зло стиснул зубы. — Ты никчемен, Лорд, потому что все, что ты делаешь, ведет к смерти! Тебе плевать, Кто умрет на твоем пути, твой преданный сторонник или враг! Да только однажды это сыграет с тобой злую шутку! — Финеас с тяжелым трудом выплевывал каждое слово, стремясь сказать как можно больше, успеть, пока он еще может говорить. — Тебе это неведомо в силу твоей недалекости, но древние семьи не станут терпеть, когда поймут, что угрожает им… Лорды сделают все, чтобы защитить детей и жен, потому что нам не чужды чувства любви и привязанности!
— Любовь и привязанность? — Том громко, холодно рассмеялся. — Чувства — это слабость. Эта слабость погубила тебя в первую же секунду нашей встречи. У меня нет слабостей. Поэтому я стою над всеми вами. К тому же, все эти лорды, о которых ты говоришь, боятся меня… — с удовольствием добавил Том, — боятся настолько, что не посмеют пойти против.
— Страх не сможет вечно сдерживать их! У всякого человека есть грань! И обязательно найдется человек, который не побоится пойти против. Как я!
— Да ты трясешься от страха, — усмехнулся Том. — Я чувствую твой страх. Этот страх заставил тебя остаться и принять свою смерть. И не волнуйся, я тебя не убью. Я буду питаться твоим страхом и дальше, а ты будешь наблюдать за тем, как твоя семья и близкие тебе люди каждый день качаются на острие ножа, коим управляю я! — Финеас вздрогнул, его глаза были полны слез. Он действительно боялся. — Что касается прочих, — хмыкнул Том, разом успокаиваясь и поднимаясь на ноги, — пока что я не встретил на своем пути ни одного человека, который бы не боялся меня.
— И ты наслаждаешься этим…
— Да, мне это нравится, — совершенно честно признался Том. — Страх — это настоящее чувство, которое я признаю. Страх нельзя подделать, знаешь? Страх не обманывает. Страх говорит о человеке все. Если кто-то боится меня, я ему верю. Да, меня нужно бояться. А если кто-то упорно делает вид, вроде тебя, что не страшится меня, то… я точно знаю, что он лжет. И тогда остается лишь понять, зачем и для чего он это делает.
— А может, это только потому, что ты сам боишься! Да, ты боишься что-то почувствовать к другому человеку! Ты трус! И скрываешься за громкими словами, называешь других слабыми из-за их привязанностей.
— Но ведь это действительно слабость. Недопустимая для меня.
— Лжец и трус! Чувства дают нам силы! — прохрипел Финеас, и Том вдруг отшатнулся от него.
Нечто подобное, о чувствах и их непобедимой силе, любил приговаривать Дамблдор, что не добавляло сейчас камней в копилку его, Тома, спокойствия. Старик, даже не находясь рядом, умело вызывал его злость своими вечно пропитанными лживой добротой речами. Да, недавняя встреча с ныне директором школы Хогвартс ярко вспыхнула в сознании. Как он там сказал? Однажды найдется тот, кто обретет силу, благодаря привязанности, которую Том отрицает, ведь нет человека сильнее того, кто желает, во что бы то ни стало, защитить своего самого дорогого и близкого человека. Том зло сжал кулаки. Волшебная палочка заискрила от едва сдерживаемого гнева. Любовь и привязанности… — это слабость!
— Фенрир, — ледяным тоном позвал Том, глядя на Финеаса с презрением. — Убери здесь все и забери это ничтожество. Я с ним еще не закончил. Передай его Абраксасу, скажи, что я желаю, чтобы он привел его в жизнеспособное состояние. Но не больше.
— Да, мой Лорд, — Фенрир подобострастно склонился. Том же повернулся в сторону выхода.
— Молись, Финеас, чтобы я нашел амулет, — с этими словами он вышел прочь из дома.
Вечер уже вступил в свои права, но на улице было еще светло, ветерок приносил приятную прохладу после знойного дня, и все было бы ничего, если бы не отвратительные пейзажи вокруг. Том презрительно скривил губы и шагнул за кривую оградку. Играющие во что-то на дороге мальчишки, словно почувствовали его тяжелую магию, или же темную ауру, тут же затихли и попятились, а несколько не особо презентабельного вида женщин поспешили перейти на противоположную от Тома сторону. Том в очередной раз скривился в презрении и на мгновение прикрыл глаза, смиряя свою силу, бьющую через край из-за злости, которую так неосмотрительно вызвал Финеас Селвин своими речами.
Конечно, на маглов и их самочувствие Тому было абсолютно плевать, однако лишнего внимания все же привлекать не хотелось. Он и так достаточно наследил в этом месте. Медленно выдохнув, Том проверил волшебную палочку в ее креплении и широким шагом принялся обходить дом. В одном Финеас уже не соврал, за домом действительно текла речушка — грязная, мелкая и вонючая. Однако амулет был Тому нужен для одного эксперимента, так что спуститься все же придется. Примерно оценив на расстоянии глубину отдельных участков, он направился к самому глубокому, по его мнению, месту.
