После обеда Реттен, кажется, пришел в благодушное настроение, а потому рассказал нам довольно много. Даже показал на карте-макете, где, предположительно, находится главная база вероятного противника. Предположительно — потому что из четырех команд разведчиков, посланных ее искать, назад пришла только одна в неполном составе. По словам вернувшихся, местность там весьма недружелюбна, то есть кишит хищной живностью и нашпигована магическими ловушками.
— Но вы не отчаивайтесь, — вдруг сказал нам Князь, — мои ребята, конечно, орлы, но опыта у большинства маловато, да и в магии они не разбираются совсем. У вас есть шанс пройти. Да еще и вернуться, и мне все рассказать.
К слову, мы запросто могли проскочить мимо этого места в своих поисках. Потому что осели имперцы не на самой реке, а на одном из ее притоков, километрах в трех выше устья. Там, по словам Князя, тоже были выходы скальных пород, поэтому русла положения не меняли.
Кроме того, весьма вероятно, что преследуемая нами группа прошла в здешних местах восемь дней назад. Шли вниз по течению в одной большой "лоханке" (Реттен не был особо высокого мнения о судостроительных способностях соседей). Лодка княжеских разведчиков заметила их достаточно поздно и попыталась задержать. Те боя не приняли, налегли на весла и сумели оторваться. "У них есть способы заставить гребцов работать на износ", — пояснил Князь. Подумал — и приказал вызвать командира той самой разведгруппы, которая видела "лохань".
Разговор с ним добавил немного. Рассмотреть, кто именно сидел в посудине, никто из разведчиков не сумел — дело было ранним утром, в тумане и на значительном расстоянии. Но сама лодка была значительно крупнее тех суденышек, которыми обычно пользовались смарис, осевшие в здешних краях. Командир утверждал, что на борту находилось никак не менее двадцати человек — судя по количеству работавших весел. Но могло быть и тридцать, и больше.
— И как такая здоровенная лодка вверх по течению перед этим прошла мимо всех застав? — спросил я, ни к кому, собственно, не обращаясь.
— Да, и я давно хотел спросить — как это вы их упустили еще по дороге туда? — оживился Князь.
На что командир, изо всех сил пытаясь сохранить достоинство, ответил, что приказа на полное перекрытие реки не было, а рукавов и проток здесь столько, что даже такой большой "плавучий ящик" может пройти незамеченным, особенно ночью или под покровом тумана.
Кажется, эта тирада далась разведчику нелегко. Закончив ее, он шумно перевел дух и вытер вспотевший лоб, хотя особой жары в комнате не наблюдалось.
— Прав он, прав, — заметил Князь, обращаясь ко мне. — Ты, видать, привык то ли к рекам маленьким, то ли к армиям большим. А у меня людей куда меньше, чем надо бы. И хотел бы всю реку перекрыть, да не могу. Ступай! — это уже разведчику. Тот коротко кивнул и вышел, явно подавляя желание перейти на бег.
— Знаю, что шастают вверх-вниз по реке эти проходимцы, но перекрыть им дорогу не могу. Да и не хочу, если совсем честно. В конце концов, это ж не моя земля. Она ничейная. Так что пусть пока бегают. Мне важнее, чтоб в мои места не захаживали всякие…
Та-ак, вопрос о том, кто мы здесь — гости или все же пленники — снова поставлен. И, кажется, наш гостеприимный хозяин не торопиться на него отвечать. Ни нам, ни даже себе.
— Короче, — сказал он, вдруг хлопнув крупной ладонью по столешнице. Сейчас отправляйтесь-ка на ночлег. Все равно уже вечер скоро. Эй, часовой!
На крик из-за двери явился тот самый разбойник, что давеча приносил рыбу. Только на сей раз он был вооружен здоровенной деревянной булавой. Словно у опереточного гетмана, честное слово. В Украине одно время подобные игрушки заполонили все сувенирные лавки — точеные, расписные, безвкусные. Эта, правда, была без росписи, но вид имела тоже какой-то несерьезный. Я понимал, что приголубить ей можно, но все равно не внушала она уважения.
— Так, оставь игрушку за дверью и вернись, — велел князь. Часовой повиновался и вернулся уже без булавы.
— Теперь слушай внимательно. Отведешь их к пятому уровню, пусть на ночлег устраиваются. Выдашь каждому по рыбе, пусть сами себе ужин готовят, чай, не дети малые. Да, там, внизу, у причала, их лодка. Пусть сходят к ней, возьмут, что нужно для ночлега, и возвращаются. И смотри, чтоб не удрали — головой отвечаешь.
Тот в ответ лишь кивнул упомянутым лохматым предметом.
— Вот. Так что, ребятки, устраивайтесь, укладывайтесь. Там дальше разберемся, что с вами правильнее будет сделать. Все, ступайте.
Князь явно давал понять, что разговор окончен, так что мы встали и пошли за кудлатым и удивительно немногословным провожатым. Я, наконец, смог осмотреть цитадель (форт, крепость или как еще называлось то место, куда меня столь неделикатно приволокли несколько часов назад).
