Зрелище они производили не самое впечатляющее. Синяки на лицах Юрия и Станислава казались особенно цветистыми на фоне мертвенной бледности. Белая как простыня сидела и Ирка. Но она, по всей видимости, уже отошла, так как стала обиженно поджимать губу. Да, похоже, за «козу драную» я еще долго буду танцевать перед ней на задних лапках.
Неожиданно для всех нас вдруг засмеялся Станислав. Он смеялся и мотал головой, словно сильно удивлялся тому, что с нами произошло.
– Как в кино, ей-богу!
Потом он посмотрел на меня смеющимся взглядом и заключил:
– Ты точно ненормальная…
– Садись за руль, умник! – ответила я ему. – А я пойду сяду рядом с Юрием.
– Нет, ни в коем случае! – вдруг взвилась Ирка. – На заднее сиденье сяду я. А ты перелезай на мое место. Чтобы я еще когда-нибудь села на это проклятое место рядом с водителем!
Я не стала спорить, мы разместились в машине по-новому, и Станислав медленно тронулся.
– А куда мы теперь поедем? – спросил он.
– Честно говоря, пока не знаю, – ответила я и посмотрела на него.
– Понятно. Значит, ко мне…
Всю дорогу до дома Станислава мы ехали молча. У него резко ухудшилось настроение, когда он, выйдя из машины, чтобы пересесть, осмотрел ее. Похоже, ремонт обойдется бедолаге-художнику в еще одну кругленькую сумму. Вот уж точно, не стоит связываться с сумасшедшими – одни убытки.
Ирка еще по дороге начала обхаживать на заднем сиденье Юру. Поначалу тот делал вид, что между ними все кончено, и никак не реагировал на Иркины пассы. Но постепенно ей все же удалось удержать вырывающуюся Юрину ладонь в своих руках. А к концу пути она уже положила подбородок на плечо Юры, что-то нашептывая ему на ухо. Похоже, ее доводы показались Юре убедительными, и он обнял свою нареченную за плечи.
– Ты чего приехал-то? – спросила я Станислава, когда он остановил машину около своего дома. – Совесть замучила?
– Точно. Когда я приехал в шесть часов утра к твоему подъезду, я думал, что меня мучает совесть. А теперь думаю, что у меня просто поехала крыша. Дурью маюсь. Ввязался в очередную авантюру…
– Ты нам очень помог, – сказала я ему. – Если бы не ты и не Юрка, нас бы скорее всего убили.
– Ладно, – сказал Станислав, заходя в подъезд, – сейчас расскажешь, что ты успела натворить за прошедшую ночь.
Мы поднялись к Станиславу в мастерскую. Он тут же отправился на кухню ставить чайник, а мы втроем расположились на его мягкой мебели. Ирка с Юрой устроились на диване, а я села в кресло. Через пятнадцать минут Станислав вышел из кухни, неся на подносе большой заварочный чайник и четыре чашки.
Разлив чай по чашкам, хозяин уселся рядом со мной в кресло.
– Ну, – сказал он, – давайте, рассказывайте, что случилось.
Мы с Иркой наперебой начали рассказывать о событиях вчерашнего вечера и сегодняшней ночи.
Как и в прошлый раз, Станислав слушал нас, не перебивая. Правда, на сей раз в его глазах не было такого испуга и недоумения. Он сосредоточенно обдумывал сказанное нами. Более эмоциональный Юра все время встревал в наш разговор с возгласами типа:
– Вот сволочи! Да если бы я знал, что они вас похитили… Душить таких надо! Мало я им, гадам, врезал!
Мы завершили свой рассказ на том месте, когда, въехав в двор, увидели сидящего на скамейке Юрия. Тут он повернулся к Ирине и сказал:
– Ты прости меня. Я уж подумал бог весть что! Я подумал, что у тебя завелся другой мужчина.
– Ну как тебе не стыдно, – произнесла Ирка, с укоризной глядя в глаза своего избранника. Точнее сказать, одного из них, но это уже не столь важно.
Иногда мне кажется – особенно если поглядеть на Иркиных женихов, – что мужики, они как дети, заморочить им голову – пара пустяков. Я не спрашивала об этом Ирку, но со стороны мне казалось, что в отношениях с мужчинами секс был у нее на втором месте. А на первом – удовольствие от того, как ей удавалось «кружить мужиков».
Все это было похоже на игры с маленькими тигрятами. Неуклюжими, неразумными. Они рычали, иногда даже могли выпустить когти. Но в конечном счете делали все так, как хотела укротительница.
Вот и сейчас – много ли времени прошло с того момента, как Юрий, пылая праведным гневом, обвинял Ирку в неверности и подозревал в связи с ненавистными ему гололобыми на иномарках? А теперь, посмотрите на него: сидит на диване с виноватым видом, и можно не сомневаться, что Ирка выжмет из этой ситуации максимум пользы для себя. Все эти два или три дня пребывания в Тарасове бравый курсант будет вымаливать у нее прощение и выразит готовность совершить ради моей подруги любые подвиги. Я, усмехнувшись в душе, перевела взгляд на сидевшего в задумчивости Станислава и спросила его:
– О чем ты думаешь?
Станислав молчал. Он вынул сигарету из пачки, лежавшей рядом с ним на столе, и, щелкнув зажигалкой, глубоко затянулся.
– Что тут думать, – влез Иркин рыцарь, – сейчас я иду, звоню своим ребятам в училище. Они приезжают сюда, и мы долбим всю эту мафию на корню!
Станислав встал, прошелся по залу, бросив насмешливый взгляд в сторону курсанта. Наконец он заговорил:
