– Что делать, я пока не знаю. Ясно одно – возвращаться домой вам нельзя. Там наверняка засада. Если не в квартире, то где-нибудь поблизости. Но самая главная проблема в том, что в ваших руках находится компромат, за которым гоняются две конкурирующие бандитские группировки. От него надо избавиться. Но как, пока не понятно. Отдашь Борисевичу – наедет Данчук, и наоборот.
– А может, отдать им этот компромат обоим сразу и пусть они между собой разбираются?
– Это как же ты себе представляешь? – Станислав остановился и с удивлением вытаращился на меня. – Прекрати пороть чушь. Более простой вариант – договориться с какой-нибудь группировкой под гарантии личной безопасности. В этом смысле я бы отдал предпочтение Борисевичу. В конце концов, этот компромат на него.
– Ты бы видел его бандитов, которые гонялись за фотографом и за мной в ресторане…
– Ну знаешь, у Данчука бандиты тоже настоящие. Для них шею человеку свернуть – раз плюнуть, – произнеся эти слова, он осторожно потрогал опухшую челюсть.
– Так что же делать? – упавшим голосом спросила я.
– Может быть, обратиться в милицию? – неуверенно предложила Ирка. – Не можем же мы вечно скитаться и прятаться непонятно где. Все наши вещи остались в квартире. Я даже губнушку не смогла взять.
– Да погодите вы с милицией связываться! – перебил ее Станислав. – Я уверен, что и у Данчука, и у Борисевича там есть свои прихваты. Если уж обращаться в органы за помощью, надо сперва найти нейтральных людей. В общем, так, у меня есть кое-какие связи в милиции. Я сегодня поговорю, выясню обстановку, потом решим, что делать.
– Ирк, а ты, – повернулась я к своей подруге, – обратись к дяде Пете.
– Насчет чего?
– Может, у него найдется еще одна квартирка на несколько дней.
– А что я ему скажу? – спросила Ирка.
– Ну, придумай что-нибудь, скажешь, что ко мне приехали из Карасева родители, а к тебе жених, и нам всем вместе тесно. Мне кажется, дядюшка уважительно отнесется к твоей проблеме.
– Да, – задумчиво произнесла Ирка, – возможно.
Она посмотрела на Юру и уже более уверенным тоном сказала:
– Так и сделаю. В конце концов надо же нам где-нибудь побыть вдвоем от тебя подальше.
Эту последнюю ее фразу я поняла как намек. Если дядюшка и даст квартиру, то мне там места не найдется. Это всерьез заставило меня задуматься на тему о том, а где, собственно, буду ночевать я.
Придется переться к тетке, подумала я, и мне сразу стало нехорошо. Во-первых, потому что я терпеть не могла общаться со своей теткой, а во-вторых, что я ей скажу? Почему я пришла без вещей, даже без самых необходимых, таких, как зубная щетка и нижнее белье? Почему хожу в одной и той же одежде несколько дней? К тому же после ночи, проведенной в бандитском подвале, у меня был не очень опрятный вид: юбка слегка помята и даже в двух местах испачкана, несвежей выглядела и блузка. Косметикой я не пользовалась уже больше суток, хотя это как раз моя тетушка одобрила бы. Да и денег у меня было в наличности всего десять рублей. Все деньги остались в квартире. Да, идти к тетушке мне не хотелось.
Я посмотрела на Станислава, который стоял у окна и курил, рассматривая хорошо ему знакомый пейзаж за окном. Похоже на то, что это было одно из его любимых мест в квартире. По крайней мере, глядя в окно на улицу, Станиславу лучше всего размышлялось.
Нет, подумала я, глядя на профиль Станислава, похоже, это перебор – ночевать здесь. Что обо мне подумают после этого? Ирка наверняка будет язвить, достанет вопросами, каковы художники в постели. Да и где здесь, собственно, ночевать? Я оглядела комнату – всего один диван… Хотя он наверняка раскладывается… Нет, нет, это уж действительно был бы перебор – спать со Станиславом в одной кровати. Не таким я себе представляла своего первого мужчину в постели. Вовсе не потому, что Станислав мне не нравился, просто он был другой. Он был какой-то обыденный, погруженный в бытовые проблемы, в заляпанных краской джинсах, с пришитой не теми нитками пуговицей на рубашке, с подернутыми сединой висками. Даже автомобиль у него – обычный, потрепанный «жигуленок».
Как ни крути, но, наверно, придется ехать к тетке, с тоской подумала я. Хотя у Станислава в доме наверняка должна быть раскладушка, ведь у него часто бывают гости, и если бы он мне уступил диван, то… Впрочем, мы с ним всю ночь ругались бы, он в своей ворчливой манере подколол бы меня чем-нибудь, а я бы не сдержалась и ответила ему тем же. Да, ухажер из него никудышный – маловато галантности. Мне вообще последние несколько дней везет на таких.
– Ну, значит, договорились, – сказала Ирка, вставая, – мы с Юрой сейчас отправляемся к дяде Пете и решаем наш квартирный вопрос.
При этих словах она посмотрела на Юру. Тот одобрительно кивнул. Ирка подошла к художнику и сказала:
– Спасибо, Стасик, что вы нам сегодня помогли и еще за ваше гостеприимство, – с этими словами она привстала на цыпочки и чмокнула художника в щечку.
