Подготовительная работа была завершена. Теперь мне оставалось только сообщить им место встречи и ждать. С моей точки зрения, я сделала все, чтобы убедить их прийти на встречу. И даже потребовала с них денег за информацию – по моему мнению, это должно было их убедить в серьезности моих намерений. Главной же целью всего задуманного мной было – избавиться от фотографий.
Я сидела в полумраке кинопроекторной на полу, прижавшись к стене и обхватив коленки руками. Каждые пять минут я поглядывала на часы, с нетерпением ожидая часа приближающейся встречи. Мое нетерпение странным образом подстегивалось охватывающим меня страхом. До того момента, как я прибыла сюда в половине двенадцатого ночи и спряталась в кинопроекторной, мной владел лишь охотничий азарт. Больше всего мне хотелось отомстить этим гадам за все незаслуженно понесенные мной унижения и оскорбления.
Но стоило мне десять минут посидеть в темном пустом помещении, где от легкого ветерка скрипят и дрожат стены, как азарт куда-то испарился, и на смену ему мне в душу, словно искусственный дым, заполняющий сцену, стал закрадываться страх.
Я прикинула, что для того чтобы отыскать старый заброшенный клуб на окраине города, моим врагам потребуется не меньше часа, поэтому окончательные звонки, в которых сообщалось о месте встречи, сделала в одиннадцать вечера. Позвонив, я сразу же отправилась на место встречи.
Весь день до вечера я бродила по городу. Написала и отправила письмо на адрес Станислава, в котором сообщила, что я собираюсь предпринять и где в случае трагических для меня последствий меня можно искать. Я добавила, что больше никого не хочу вмешивать в это дело, и на всякий случай попрощалась со всеми.
И вот теперь сижу здесь одна, прислушиваюсь к каждому шороху в здании, и с каждой минутой во мне возрастает желание сбежать отсюда. Наверное, я сделала бы это давно, если бы не мое врожденное упрямство и желание доводить все начатые дела до конца. Я уговаривала себя: «Ты должна просидеть здесь до двенадцати – часа назначенной встречи. Если же они к этому времени не придут, тогда ты сможешь спокойно, с чистой совестью смыться». Я была почти уверена, что они не придут: вряд ли эти воротилы воспринимают меня всерьез.
Я посмотрела на часы: без десяти двенадцать. «Еще десять минут – и можно сматываться», – сказала я себе, втянула носом воздух, стараясь привести в норму свое сердцебиение, и в следующую же секунду затаила дыхание. В гулкой тишине киноклуба раздались чьи-то тяжелые и размеренные шаги. Я тихо выдохнула воздух и, улегшись на живот, аккуратно поползла на балкон. Я подобралась к краю балкона и, прячась за перилами, стала наблюдать за тем, что происходит в зале. Размеренные шаги приближались – поступь мужчины, уверенного в себе. Он шел по коридору флигеля в зал. Прошла секунда-другая томительного ожидания, и наконец в зале появился высокий мужчина в длинном плаще. Несмотря на полумрак, я узнала его сразу – это был один из охранников Борисевича, которого я когда-то про себя так и окрестила: «длинный плащ».
Похоже, этот длинный светлый плащ был любимой его одеждой, если даже в этот теплый сентябрьский вечер он не пожелал с ним расстаться. Охранник остановился на пороге и стал пристально осматривать помещение. Его прищуренный взгляд скользил по портьерам и углам. В какой-то момент он скользнул и по перилам, за которыми пряталась я. Меня мгновенно прошиб озноб. Но, видимо, из-за полумрака «длинный плащ» не заметил меня. Не обнаружив ничего подозрительного, он повернулся в сторону коридора и вынул руку из кармана. В руке у него была зажигалка, вспыхнул язычок пламени и тут же погас. Видимо, это был условный сигнал, так как через несколько секунд по коридору послышались шаги и в зал вошел Борисевич в сопровождении другого своего охранника в короткой кожаной куртке. Этот охранник тоже был знаком мне.
– Ну что? – спросил Борисевич, обращаясь к «длинному плащу».
– Пока все тихо, – ответил он, – но это мне и не нравится.
– Мне вообще все это не нравится. Но другого выхода не было.
– Ну что будем делать, шеф? – спросил «кожаная куртка».
Борисевич посмотрел на часы.
– Пока ждать, а там посмотрим. Я почему-то уверен, что она здесь.
«Итак, – подумала я, – первая партия прибыла. Интересно, будет ли вторая. Ну, если нет, то это их проблемы и все решится само собой».
Однако и конкурирующая группировка не заставила себя долго ждать. Правда, появление ее было несколько неожиданным не только для Борисевича со товарищи, но даже и для меня. Почти одновременно распахнулись две портьеры, закрывающие окна, и из-за них выскочили два моих старых знакомых – Вован и Борян, оба с пистолетами в руках.
– Стоять! – рявкнул Борян, обращаясь к первопришедшим, как будто Борисевич и его охранники собирались прилечь. – Поднять руки!
