Он ничего не ответил, опустив взгляд и покачав головой. Мерзавец. Язык не поворачивался сказать о том, как она его любит, но она любит, безумно любит этого подлеца и просто не готова с ним попрощаться.
И тогда Гарри ушёл. Обошёл девушку, а вернее, то, что от неё осталось, стороной и нырнул в кафе, в свою прежнюю жизнь, оставляя за собой лишь шлейф терпких мужских духов. Эйприл погибла в тысячный раз за эти полчаса. Она закрыла лицо руками и покачала головой, отказываясь поверить в происходящее.
- Я купил билеты, - из неоткуда снова появился Эндрю. – Вы объясните, наконец, что произошло?
Сьюзен вдруг смягчилась. Она схватилась за ручку чемодана Эйприл и подошла к дочери.
- Потом объясним, - блондинка поджала губы и перевела взгляд на стеклянные двери кафе, за которыми разбитый мужчина пытался успокоить маленькую плачущую девочку. Она вырывалась изо всех сил, она хотела к Эйприл, и, если бы девушка не была оглушена и ослеплена болью разбитого сердца, она бы обязательно побежала к ней. – Пойдём, нечего здесь оставаться. Мы и так устроили цирк.
Тело не слушалось Эйприл, но на ватных ногах она стала идти за матерью, не оглядываясь и не плача. Её сказка закончилась по самому страшному для неё сценарию. А в голове крутилось одно:
«Я больше его не увижу».
========== Эпилог ==========
Солнце неестественно-ярко светило над Лутоном, заставляя своих горожан покинуть уютные домики и отправиться радоваться очередному ясному деньку перед угрожающе хмурой осенью, что уже наступала на пятки последнему месяцу лета.
В небольшую комнату, увешанную плакатами всяких певичек, фотками с многочисленными друзьями и картой Республики Кубы, не попадал ни один луч света. Пахло сигаретами и сырными Принглс. Из колонок доносился голос Дина Винчестера. А на небольшой кровати, усыпанной подушками и разной плюшевой тварью, сидела молодая девушка. Вернее, её тень.
Дверь в комнате скрипнула. Кровать прогнулась под весом отца. При одном лишь взгляде на дочь его сердце готово было выпрыгнуть из груди и врезаться в её, лишь бы оно снова билось, снова функционировало и посылало кровь к этим впавшим щекам. Он погладил её по спине и зажмурился от боли, нащупав остро выделяющийся позвоночник.
Эйприл повела плечами.
- Я сериал смотрю, - сухо ответила она.
- Ты смотришь в стену.
Эндрю заметил ноутбук, который, вообще-то, лежал за спиной девушки и тяжело вздохнул.
Они всё давно поняли. Ещё там, в аэропорту, когда Эйприл практически потеряла сознание, услышав объявление о том, что они должны направиться в самолёт. Было ясно, как этот августовский день, что их дочь впервые влюбилась, и что этот подонок разбил её хрупкое сердце. И после семи бессонных ночей, наполненных мучительным криком, плачем и стонами от боли их со Сьюзен дочери, они пришли к решению не убивать этого Стайлса тире директора крупной строительной компании. Эндрю собирался в тот же день вернуться в Лондон и начистить этому мужику морду, но так он сделал бы лучше лишь себе. Эйприл продолжала быть разбитой. Они просто решили её не трогать, попутно давая бешеные взятки местному колледжу и иногда отправляя в её комнату подружку-Медди, которая впала в не меньший шок от всех новостей.
Жизнь обещала наладиться, но в один из дней, сегодня, кто-то позвонил в дверь.
Дей не отреагировала, прожигая потухшим взглядом стену перед собой. Она давно перестала его ждать. Две недели прошло. И телефон, нарочно разбитый о тот злополучный кафель в аэропорту, предательски молчал.
- Эндрю! – с первого этажа прогремел голос её матери.
Мужчина сжал челюсти, испуганно уставившись на дочь.
- Иди, - прошептала девушка и легла на бок, подогнув ноги под себя.
В голове не было ничего, кроме сменяющихся картинок её лета в Лондоне. Она всё ждала и ждала свой двадцать пятый кадр. Он должен был появиться в виде демона с зелёными глазами, который смешал её душу с дерьмом.
Злополучная дверь, из которой был вытащен замок, на случай если Эйприл решит с собой что-то сделать, в очередной раз скрипнула.
- Думаю, ты захочешь это увидеть, - теперь это была Сьюзен.
- Угу, - безучастно промычала Эйприл и перевернулась на другой бок.
Из неё вытянули все жизненные силы. Всё, что она могла делать – это лежать в своей постели и слушать мелодичный голос любимого Дженсена Эклса.
- Он прислал тебе кое-что, помимо вещей из той квартиры, - голос матери был мягким, пропитанным горечью и еле сдерживаемой злостью.
Девушка оценила ситуацию, больно закусила губу и всё же нашла в себе силы приподняться на локтях. Сьюзен присела на край кровати, и в её руках Эйприл заметила белый конверт. Дрожащими руками она взяла его, не решаясь открыть, и перевела смущённый взгляд на мать. Женщина натянуто улыбнулась и подняла ладони вверх.
- Поняла, ухожу.
Когда след Сьюзен простыл, Эйприл подняла взгляд к потолку, часто заморгала, отгоняя слёзы, и закатила глаза, заметив попытки её родителей вскрыть этот конверт. Так или иначе, это всё, что у неё осталось от Гарри.
