Парадокс Анны (СИ) полностью

— Нет.

— Почему?

— Не знаю.

Он услышал чей-то голос, примерно оттуда, где висели шары. Голос был мужской, в этом он был уверен точно. И знакомый. Слов было не разобрать, а интонация была зовущая. Идти в сторону шаров было трындец, как страшно, но он пошел.

Он больше не бежал. Он шел, аккуратно раздвигая траву, шел очень медленно. Голос звал. И теперь он звал его по имени. Внезапно Влад узнал его — Чет! Голос Анниного неожиданного ухажера! Но почему он здесь? Влад сделал еще несколько шагов. Шары висели и светились жутким светом, в котором все казалось белым: трава, деревья, горы… Честно говоря, Влад готов был в любой момент, при малейшем движении шаров, что-то сделать — вот только он не знал, что. Упасть в траву и прикинуться мертвым. Или бежать назад, прочь из кальдеры, до самого поселка.

Но он шел. Зарницы и молнии сияли, но теперь были менее заметны — шары светились, освещая всю кальдеру холодным белым светом, наподобие ярчайшей люстры, и перепады света были почти незаметны. И чем ближе Влад подходил к ним, тем больше они сами растворялись в этом ненормальном, аномальном свете.

Голос позвал еще раз. Грома же больше не было — только полная тишина и этот голос…

Влад сделал еще несколько шагов и остановился. Ноги просто отказывались туда идти. Развернуться? Этого он тоже не мог себе позволить. Голос больше не звал.

«Если позовет еще раз — пойду. Если не позовет — пойду домой», — малодушно решил Влад. Чем поможет Анне его смерть в жаре шаровой молнии или похищение инопланетянами, если она, возможно, просто сидит где-то за камнем, а когда все закончится, спокойно пойдет домой? Как ни странно, подумав это, Влад стал чувствовать себя спокойнее — привычный цинично-логичный образ мыслей вернулся к нему. Да и стоит ли так уж переживать из-за стервы, от которой все, что хотел, он все равно уже получил?

— Что же дальше? — прервал его молчаливые воспоминания Орельев. Должно быть, задумался Влад надолго.

— Шары исчезли.

— Как они исчезли? Улетели? Растаяли? Взорвались?

— Нет, они…просто погасли. Будто кто-то вдруг выключил в комнате свет, и лампочка больше не видна.

— Пользуясь Вашей аналогией, можно предположить, что объекты остались на месте, выключив лишь свет.

Ну вот, теперь Орельев — не психиатр, а просто уфолог какой-то. Неужто нельзя хоть немного побыть нормальным следователем?

— Не знаю, но зарницы все еще сияли, и ничего на месте шаров не было видно.

— Хорошо. А голос? Вы его больше не слышали?

— Нет. Но теперь я пошел туда, где его слышал. И нашел эту козу.

— А Анну? Вы продолжали ее звать?

— Нет.

— Почему?

— Не знаю. Мне тогда показалось, что я просто схожу с ума.