Если даже в воспоминаниях некогда знавших его Чу Ваньнин его мира перестал существовать, значило ли это, что всё дело в Ваньнине-фотографе, который в этот момент объявился в его мире?..
TxJ: “Что, если в моей Вселенной уже существовал бы второй ты?”
На этот раз Чу Ваньнин замолчал надолго.
Он явно тщательно продумывал ответ.
TxJ: “То есть, ты бы умер в своей Вселенной, переместившись в мою?”
Теперь уж Чу Ваньнин даже текст набирать перестал.
Кажется, Мо Жань действительно перегнул со своей заинтересованностью.
Спустя полчаса молчания, за которые Вэйюй успел сварить кофе и сходить за продуктами в ближайший супермаркет, мужчина наконец написал всего один вопрос.
YH: “Почему ты спрашиваешь?”
========== Глава 5 ==========
У Чу Ваньнина в последнее время было два состояния: то, в котором он открывал настройки своего профиля в приложении для знакомств и часами сидел, раздумывая, не удалиться ли к чертям, и другое — в котором он пытался понять, шутит ли Мо Жань, или всерьёз сбрендил.
Мужчина с трудом представлял, чтобы кто-то в своём уме мог интересоваться, как конкретно должно работать квантовое бессмертие.
Ещё и в возрасте Мо Вэйюя — человека с именем, похожим на псевдоним рок-звезды.
Всё это было настоящей дикостью.
Безумием.
Неизвестно, что было хуже: то, что ему всерьёз хотелось обсудить эту теорию, или тот факт, что ему нравился Вэйюй всё сильнее, хотя представить это было сложно, учитывая, что он уже успел запасть на него.
Всё это нужно было каким-то образом остановить. Чем быстрее, тем лучше.
Чу Ваньнин раздумывал над тем, что такого он мог бы написать Вэйюю, чтобы отбить у того желание с собой общаться раз и навсегда. Но…
“Чу Ваньнин, ты так усердно продолжаешь отталкивать от себя людей, что в скором времени не останется никого, кто бы захотел тебя хотя бы терпеть…”
Мужчина в ужасе уставился перед собой.
Холодный ядовитый голос каким-то образом просочился из приснившегося накануне кошмара.
По спине прошибло неприятным ознобом.
Теория квантового бессмертия, если таковое в действительности существовало, могла бы легко объяснить, почему ему продолжали сниться события настолько отвратительные, что он едва ли сможет когда-либо рассказать об этом своему психотерапевту.
Он свайпнул приложение, открывая тот самый чат, в котором уже битый час продолжал висеть без ответа его собственный вопрос.
YH: “Почему ты спрашиваешь?”
Мо Вэйюй ему пока что так и не ответил — проявлял удивительную молчаливость для человека, способного настрочить сотню сообщений в один час.
Чу Ваньнин и сам не знал, что хотел бы услышать.
Что Мо Вэйюй интересовался теорией множественных Вселенных, потому что его собственный опыт чем-то напоминал опыт Чу Ваньнина?..
Возможно, ему снились иные жизни, в которых он погибал?..
Или он, как и Ваньнин, предполагал, что люди, которые находились с ним рядом, могли на деле принадлежать иным Вселенным?..
Такими вещами не станешь делиться с первым встречным — тем более, когда этот встречный видел твои обнажённые фото и знал твоё настоящее имя.
Поразмыслив ещё немного, Ваньнин решил, что небо не рухнет и за ним не приедут санитары, если он ответит Мо Вэйюю хотя бы на один из вопросов.
Он тщательно продумывал каждое слово, прежде чем что-либо писать.
В конечном итоге, раза три стирал написанное, но в итоге кое-как сформулировал основную идею.
YH: “Ты неправ. Каждый человек существует одновременно во всех Вселенных сразу до момента расщепления.”
YH: “То, что мы с тобой общаемся, уже означает, что мы находимся в единой Вселенной. Здесь не может быть иных вариантов.”
YH: “Описанный тобой сценарий более схож с фантастической беллетристикой, чем с реальностью. На деле таких парадоксов не может существовать. Это бы означало, что структура мультивселенных разрушается.”
Он покосился на часы, и тут же понял, что время шло к вечеру. Он и сам не понял, как снова потратил весь день на бестолковые разговоры с парнем, которого, по правде, даже не знал.
За окном смеркалось, и, бросив мельком взгляд в сторону неба, мужчина вдруг растерянно застыл.
В Северном полушарии всегда на юго-западе первой показывалась Венера, она же последней исчезала с небосклона поутру. В древности её называли “утренней звездой”, поскольку она сияла ярче остальных благодаря отражающей способности атмосферы, затмевая собой даже Орион.
Вот только… этим вечером небо было ясным, но Венеры было не видать.
На месте, где обыкновенно она переливалась всеми цветами, зияла лиловая пустота быстро темнеющего неба…
Чу Ваньнин потёр глаза, списывая обман зрения на усталость: вот к чему приводило постоянное залипание в телефоне.
Он прекрасно знал, где находится Венера. Фотографировал её сотни раз — не всегда удачно — а потому прекрасно помнил, куда наводить объектив.
Промелькнувшая в голове идея тут же превратилась в совершенно чёткое желание доказать самому себе, что он ошибается.
Камеру не пришлось долго настраивать. Отрегулировав штатив, мужчина использовал двадцатикратный зум и приник к видоискателю… вот только успевшее потемнеть небо всё ещё пустовало.