Вэйюй не знал, будет ли правильным рассказать Ваньнину о том, как он запал на своего профессора. Тем более, было бы уж совсем по-идиотски пытаться объяснить, что о Чу Ваньнине из его воспоминаний помнил только он сам.
— Ты испытывал к нему симпатию, — вдруг заключил Ваньнин-из-настоящего. — Хотел бы его вернуть? Расскажи о нём.
— Нечего рассказывать, — Мо Вэйюй тряхнул головой, — это ведь ничего не изменит. И… я плохо его знал, на самом деле, так что…
— Он был тебе небезразличен, раз ты о нём помнишь.
— Ваньнин… — Мо Жань шумно вздохнул.
— Между вами что-то было? Это потому ты… — мужчина не стал договаривать, но по его взгляду было всё ясно. Ярко-пунцовыми стали даже кончики ушей, виднеющиеся из-под небрежно собранных на затылке в крошечный пучок вьющихся прядей.
— Да, — отпираться было бесполезно. Мо Жань тихо хмыкнул, замечая, как Чу Ваньнин неосознанно отступил на шаг, как если бы пытался отдалиться от подробностей, которые сам же выспрашивал. — Да, потому я обратил на тебя внимание. Вы похожи. Но — между нами ничего не было… в этом вы тоже схожи, словно братья-близнецы.
— Вздор, — Чу Ваньнин отступил ещё на полшага, — в любой из Вселенных человек остаётся сам собой. Не может быть, чтобы в одном из ответвлений жила иная версия меня. Это значило бы, что…
— …что всё летит к чертям? — Мо Жань хрюкнул от смеха, но, столкнувшись с недовольным пристальным взглядом, быстро успокоился. — Я всего лишь говорю о том, что видел.
— Человек, которого ты знал — не я, — Чу Ваньнин поджал губы, как если бы сожалел об этом. — Прости. Ты проделал весь этот путь, каким-то образом нашёл, где я живу, чтобы… разочароваться. Мне жаль.
Мо Вэйюй не знал, что на это ответить, а потому просто поставил на кофейный столик пакет с вином и фруктами.
— Раз уж я здесь, может… всё-таки выпьем? Кто знает, может быть, завтра кто-нибудь из нас исчезнет…
Осуждающее выражение лица Чу Ваньнина постепенно сменилось безразличием.
— Я не пью, — повторил он. — Но я составлю тебе компанию, если ты этого хочешь.
Услышав такой ответ, Мо Жань впервые с момента встречи смог перевести дыхание.
Чу Ваньнин не пытался его прогнать — а, значит, возможно, ему удастся разговорить его.
Быть может, мужчина даже разговорится настолько, чтобы рассказать, какие ещё странности с ним происходят — по всему выходило, что Ваньнин этот был не то, чтобы прост.
Скорее всего, он имел вполне конкретное представление о том, что именно происходило с Мо Вэйюем всё это время.
========== Глава 9 ==========
…Позволить Мо Вэйюю хозяйничать у себя в доме было не такой уж плохой идеей: по крайней мере, без его помощи Ваньнину едва ли удалось бы найти объяснение, каким образом один из бокалов оказался в ванной, в то время как другой смиренно пылился на полке в кухне.
Разумеется, Мо Жань никоим образом не прокомментировал свою находку — иначе Чу Ваньнин бы понятия не имел, как ещё оправдываться.
Да, пить он перестал с того самого дня, когда провалилось их с Вэйюем первое свидание.
Да, винить алкоголь в том, что он принялся отправлять свои обнажённые фото практически незнакомому человеку, который развёл его на “слабо”, было глупо, но… всё равно со стороны всё выглядело так, словно он любил накидываться, нежась в пенной ванне.
— …Что насчёт османтусовых пирожных? — перебил его пространные размышления Вэйюй.
— А?..
— Я купил пирожные и фрукты. Что ты любишь?..
Чу Ваньнин на мгновение перестал соображать. Что вообще предполагалось отвечать на подобное?..
— Я ужинал, — мужчина отодвинул стул и сел у самого края импровизированного стола, который также иногда использовался в качестве столешницы.
Из этой точки наблюдать за Мо Вэйюем было ещё любопытней: в приглушённом свете единственного зажжённого торшера черты его лица, казалось, заострились, теряя прежнюю ребячливую мягкость.
Парень уверенными движениями нарезал дольками сочные апельсины, раскладывая их на тарелку, раскрывал бережно упакованные коробки с печеньем и расставлял всё это, словно какие-нибудь подношения.
— Не знал, что тебе больше понравится, — встретил он быстрый пристальный взгляд Чу Ваньнина весьма размытым объяснением и мягкой улыбкой.
“Чёрт возьми… что, если мне понравишься ты?”
Ваньнин откинулся на спинку стула, намеренно стараясь больше не смотреть в сторону россыпей хрустящего печенья, потому что наблюдать за тем, как к пальцам Вэйюя пристают крошки и сахарная пудра, было смерти подобно.
Хорошо, что Вэйюй хотя бы не тянул их в рот, иначе бы понимание фотографом Чу концепции фудпорно неожиданно заиграло новыми красками.
— Вино я купил на свой вкус. Можешь не пить, но оно действительно хорошее, — ворвался в его поток бесстыдных размышлений Мо Жань.
— Верю, — Чу Ваньнин покосился на этикетку и безошибочно узнал “Цветы груши”, мягкий фруктовый напиток, которым он не так часто себя баловал, но всё же любил.
Мо Вэйюй заметил его секундный интерес и заулыбался ещё шире.