Была тишина, нарушаемая лишь песней. Дин вывел ее в центр комнаты. Одну ее руку он положил себе на плечо, а вторую взял сам.
— Ты на танец меня пригласил?
— Да, — ответил он, приобняв Геллу за талию. — Ты против?
— Нет.
— Ты же все-таки принцесса. Как ты собираешься идти на свой первый бал? Хочешь запинаться обо все подряд?
Они медленно танцевали, двигаясь так же плавно, какой была музыка. Дин отпустил ее талию и вывел Геллу вперед, проведя под рукой. Она улыбнулась и вновь прильнула к нему.
— У тебя неплохо получается, — подметил Дин.
Ребята стояли, все еще держась за руки, и смотрели друг на друга. Гелла почувствовала, что внутри нее все словно скомкалось, а дыханье участилось. Приятные мурашки в районе живота и чуть ниже заставили ее вздрогнуть.
Из-за роста их глаза была едва ли не на одном уровне.
— Мне нравится эта песня, — улыбнулась Гелла.
— Теперь и мне тоже, — выпустив ее руки, Дин глянул в окно, выходившее в переулок.
Там темно, и огни Пэйкса не были видны.
— Идем, я кое-что покажу тебе, — он взял подругу за руку и вывел из комнаты, перед этим нацепив меч на пояс.
Они недолго шли по разным переулкам, Гелла оглядывалась по сторонам.
— Куда мы?
— Почти пришли. Вот.
Здесь была кромешная тьма. Дин глянул наверх и подпрыгнул. Он схватился руками за лестницу и опустил ее вниз.
— Давай, сюда.
Друзья залезли на чей-то балкон.
— Лестница тут неудобная, тяжело залазить будет. Карабкаться же умеешь, да? — Дин встал на перила и глянул на Геллу.
— Возможно, — та прикусила губу и запрыгнула туда же.
— Будь осторожна. Лезь вперед.
Медленно забираясь по лестнице и изредка цепляясь за балконы, они спустя время были уже на крыше дома.
— Неплохо. Для принцессы, — усмехнулся Дин, за что получил толчок бедром от Геллы.
— Высоко здесь, — она собрала волосы в хвост и глянула вниз.
— Смотри.
Она развернулась и подошла к Дину. Тот кивнул в сторону и улыбнулся. Отсюда была прекрасно видно Пэйкс. Его огни приятно горели, согревая все вокруг своим теплом. Не то, чтобы ярко, но все равно красиво. Район был в тихом месте, поэтому отличался от центра.
— Еще можно сделать так, — Дин слегка нагнулся и начал что-то искать за ящиками, что стояли рядом. — Надеюсь, она еще работает. Есть!
Что-то щелкнуло, и по края крыши начали медленно загораться сиреневым и розоватым цветом.
— Это гирлянда? — Гелла заворожено наблюдала, как свет проходит от одного уголка, до другого, и вот уже вся крыша сверкает фиолетовыми тонами.
— Что-то вроде того. Здорово, да?
Все еще осматриваясь, она кивнула.
— Я всегда сюда приходил, когда мы жили в Пэйксе.
Усевшись на край, Дин рассматривал все вокруг, он что-то искал.
— Эй, Гелла, глянь.
Она подсела рядом и посмотрела туда же, куда и он. На краю крыши была выцарапана корявенькая надпись:
— Тогда зима была. Рождество, — усмехнулся он. — Родители поссорились сильнее, чем обычно. Мне было лет девять, мелкий совсем. Друзьями не мог похвастаться. Помню, как совсем не разговаривал, все в классе считали меня странным.
Дин прошелся ладонью по надписи.
— Вот и бродил по городу, как-то нашел это место. Здесь на Рождество все сияло сиреневым. Мне всегда нравился этот цвет.
— И ты тут сидел на Рождество?
— Нет, я попал в больницу.
Гелла недоуменно посмотрела на него.
— Когда я впервые попытался залезть сюда, я не удержался и навернулся вниз со второго этажа. Руку сломал, получил сотрясение мозга и растяжение на ноге, — Дин неловко улыбнулся. — Через месяц, когда меня выписали, я снова сюда полез. Тогда уже забрался без происшествий. Почти каждый день сидел один здесь.
— Тут же холодно зимой, — Гелла поджала под себя ноги.
— Я и болел постоянно. Знаешь, лучше сидеть здесь, чем выслушивать родительские крики. Я никому из учителей не говорил о них, потому что не хотел в детский дом, я думал, что там еще хуже. Я так не люблю свой дом. Я больше всего не хочу туда.
Тишину нарушал лишь шум изредка проезжавших машин.
— Все будет хорошо, не волнуйся. Прошлое позади.
Гелла слегка толкнула его локтем в ребро, заставив хихикнуть.
— Тихо ты, не надо.
— Ты что, — она подсела ближе. — Щекотки боишься?
— Нет, — отрезал Дин, защищая ребра руками.
— Да-а, — довольно протянула Гелла, хитро улыбаясь.
Она подвинулась к другу впритык и начала щекотать.
— Не-не-не! Гелла! Не смей! — это были последние слова, что он смог выдавить.
После он начал заливисто смеяться, изредка вставляя что-то похожее на «так не честно!». Он изо всех сил старался закрыться руками, но бесполезно.
«Он так редко улыбается» — пронеслось в голове Геллы, когда она остановилась и глядела прямо на Дина.
Они сидели практически в обнимку.
— Ты правда пойдешь со мной в Монтистен?
— А ты правда возьмешь меня?
Она радостно закивала головой. Тогда он оперся руками на колени, и улыбка сама появилась на его губах. Дин кивнул, и Гелла на радостях притянула его к себе, крепко обняв.
