Напряжение в машине можно резать ножом. Сажусь как можно дальше от Артема, держась ближе к противоположной двери, будто это поможет. Артем лишь безразлично закатывает глаза на мое поведение и возвращает внимание к телефону.
Внутренне борюсь с желанием выбросить телефон в окно, просто чтобы вызвать реакцию. Как он может быть таким… бесчувственным? Впиваюсь взглядом, направляя воображаемые лазеры ему в голову.
— Ты что-то хочешь? — Артем не отрывает глаз от экрана.
— Нет.
— Тогда, может, ты перестанешь, черт возьми, пялиться на меня?
Мною движет гнев. Я ведь не хотела ссориться! Просто понять, что же происходит с нами, и почему наши эмоции так сильно штормит. В отчаянии хлопаю ладонями по кожаным сидениям.
— Я просто не понимаю. Тебя правда не волнует то, что произошло ночью?
— Вовсе нет, но я вижу, что ты слишком сильно переживаешь, — огрызается мне в ответ. — Смирись с этим. Мы переспали. Вот и все.
Артем не понимает. Он считает, что все сводится лишь к одной ночи. Но это не так!
— Нет, Артем! Дело не в этом! — едва не кричу. — Мы пересекли черту, которой не должно даже существовать!
— Я думаю, мы все решили. Почему сейчас ты злишься?
Запинаюсь, и Артем воспринимает это как признак поражения. И снова возвращается к телефону, злит еще сильнее. Опускаю стекло и, то ли от гнева, то ли от избытка адреналина, выхватываю драгоценный телефон из рук. Держа его в опасной близости к окну, пристально слежу за мужчиной
— Клянусь, если ты… — рычит Артем, выглядя так, словно колеблется, стоит ли рисковать и забирать у меня телефон.
— Почему ты пошел у меня на поводу и согласился?
— Я, нахрен, не знаю! А теперь отдай мне телефон.
— Это не ответ, — выставляю ладонь наружу.
— Милена, чего ты, блядь, хочешь от меня?
— Честный ответ! — требую с горящими глазами.
— Нахрен! — Артем ругается, прежде чем бросится на меня.
Оказывается, это большая ошибка. Его телефон выскальзывает сквозь пальцы и падает на асфальт. За звуком удара следует хруст стекла от проехавшей по нему машины.
Застываю, опасаясь за свою жизнь. Молодец, Мила, ты в который раз облажалась. Артема, кажется, потрушивает от злости. Он отодвигается от меня, но глазами будто пытается сжечь заживо.
— Ты такая сучка! — кипит, медленно выговаривая каждое слово. — Настолько взвинчена из-за ночи, что готова зайти так далеко?
Не могу говорить. Артем подхватывает за подбородок, сжимает его пальцами. Вместо того чтобы краснеть от близости, я бледнею еще сильнее.
— Клянусь, провернешь еще что-нибудь такое, и на всей чертовой Земле не будет места, куда ты сможешь убежать и защититься от меня. Ты поняла? — киваю с ужасом. Черт возьми… — А теперь дай мне свой телефон.
Делаю, как просит Артем, без единой жалобы.
— Привет, это Артем… Да, мне нужно, чтобы в аэропорт привезли два новых телефона… Ага… Подстрахуй меня… Спасибо, да…
— Два телефона? — в замешательстве заламываю пальцы рук.
— Да, два, — Артем сверкает угрожающей вспышкой. — Один для меня и один для тебя.
— Что ты имеешь в виду под…
Не успеваю закончить вопрос, как мой телефон вылетает в окно. От шока отвисает челюсть. У Артема хватает хладнокровия и выдержки, по лицу понятно — он ни о чем не жалеет.
— Я ненавижу тебя.
— То же самое. И, как ты подметила, это первый и последний раз, когда мы спали. Не стоит проходить через такое еще раз.
— Ты прав, — соглашаюсь, — это вообще того не стоит.
И вот мы вернулись к отправной точке…
В аэропорту нас уже ожидал мужчина с двумя коробками телефонов. Артем вручает мне одну из них, кивком указывая следовать за ним.
Гадаю, следует ли благодарить Артема или прийти в ярость из-за того, что он намеренно выбросил мой телефон? В отличие от прошлого перелета, Артем не удивляет меня билетом на обычный рейс. А с другой стороны — его молчание нервирует, поскольку обычно это означает затишье перед бурей.
Мы не обмениваемся ни единым словом, как два незнакомца, мирящиеся со своими обидами. Артем оставляет мне достаточно времени, чтобы освоиться с новым телефоном. Мои контакты, фото и вся информация со старого уже здесь, так что раздражение и ненависть немного уменьшаются, но это не мешает мне время от времени бросать на него свирепые взгляды. Однако один предупреждающий от Артема вскоре обрывает и их.
Затем наступает тишина.
Ерзаю в кресле, не наслаждаясь этой обстановкой, она напоминает мне о наших необъяснимых разногласиях. Артем, явно подавленный, раздраженно вздыхает, встает и выходит, оставив меня одну. Могу с уверенность сказать, что он терпеть не может мое присутствие, а я также чувствую себя неуютно.
К счастью, отвлечение приходит со вспышкой телефона, отсвечивая входящий звонок в одной из соцсетей. Хоть появляется возможность чем-то занять себя и уйти от неприятных мыслей.
— Да?
Диана откашливается, прежде чем подозрительно начать:
— Привет, Милка.
— Что-то случилось? — сразу чувствую, что подруга звонит не просто так.
— Ну… — и Ди начинает нервно смеяться, словно сумасшедшая.
— Отдай телефон мне, — бормочет ее парень. — Мила?
— Привет, Денис.
— Ты говорила со своим братом или Машей?
— Конечно же, нет! — кричит Диана на втором плане.
