— Две недели? — и Артем начинает выбрасывать продукты в мусорку.
— Эй! Что ты делаешь?
Молоко летит за сливочным маслом.
— Ты хочешь умереть от отравления или пытаешься изучить рост бактерий? — Артем открывает банку с ананасами, откуда, откровенно говоря, пахнет не очень. — Ужас, Мила.
— Я все еще здесь, — жалуюсь и дую губы.
— Вижу, — карие глаза обеспокоено скользят по мне, — а еще вижу, что ты не заботишься о себе.
— Все окей.
— Нет.
— Окей, — хлопаю ладонями по столешнице. За время наших «отношений» я четко уяснила, что спорить с ним бессмысленно, поэтому меняю тему. — Что мы сегодня делаем?
— Мы? — Артем садится напротив и достает телефон.
— Да, мы.
— Для начала тебе нужно позавтракать, а потом мы, — нарочно подчеркивает, — поговорим о том, что произошло вчера.
О-ой… Сомневаюсь, что хочу ему рассказывать. Задумчиво стучу себя по подбородку. Получится ли уйти от тягостного разговора о вчерашнем вечере?
— А что произошло вчера?
— Ты знаешь.
— Нет, — притворно делаю вид, что у меня нет ответа, строю из себя дурочку. Но это ведь Артем, тот, кто добивается своего, он не отступает.
— Мила, у меня нет на это времени. Еще нужно приготовить завтрак.
— У меня нет… — мне приходит идея и пробуждает внутри маленького мятежника. Заключается она в простом: поймать такси и уехать далеко-далеко отсюда. Прищуренный взгляд Артема, кажется, просверливает дыру в моей голове, и легко читает мысли о побеге. — Вообще-то, я схожу в магазин прямо сейчас.
— Я тебе не доверяю и тоже иду, — Артем встает со своего места.
— Нет, все хорошо. Я вернусь…
— Я пойду с тобой на всякий случай.
— Тебе не нужно этого делать, — кричу в спину Артему. Конечно же, он игнорирует меня.
Раздосадованная, опускаюсь на колени и вытаскиваю из-под раковины секретный пакет с конфетами. И как я вчера не вспомнила о нем? Мне срочно нужно получить утреннюю дозу сладостей, иначе не вынесу Артема. Точнее, наоборот. Вынесу ему весь мозг.
— Кем он себя возомнил? Это мой дом и моя еда. Кто дал ему право…
Хотя я не могу отрицать, что он вроде как начинает заботиться обо мне? Это ведь называется заботой? Артем вечером привез меня домой, переодел и уложил спать. Даже не ворчал!
Звук дверного звонка прерывает мою бурную тираду. Вздыхаю и медленно плетусь к двери.
— Мила! Я знаю, что ты дома! — кричит мой брат по другую сторону.
Распахиваю ее, сталкиваясь с непрошенным визитом Влада, и складываю руки на груди.
— Что?
Брат не теряет времени и врывается вихрем, а Маша тихой мышкой за ним, слегка мне улыбается.
— Тебе нужно напомнить, что это моя гребаная квартира? — топаю ногой, немного раздражаясь. Никакой частной жизни! Спасибо хоть постучали!
— Мы спросить только об одном. Мы хотим… — Влад делает паузу, словно раздумывает, как сформулировать свой вопрос.
— Ну-ну?
— …твоего…
Бросаю в него зонт. Почему он тянет?
— Что?
— Дай нам свое благословение.
— А? — пораженно моргаю.
— Мы переживаем, что ты не примешь ребенка.
— Переживаете? — эхом повторяю. — Вы пришли ко мне в такую рань, чтобы спросить, приму ли я своего племянника?
— Ну-у, да? — Маша смущенно жмется к брату.
— Вам не нужно мое благословение. Если вы хотите ребенка, давайте, вперед. Мне просто жаль, что его отец не умеет завязывать шнурки на кроссах, — не упускаю шанса пошутить.
— Я умею.
— И когда ты этому научился? На прошлой неделе?
— Я хотя бы не буду мамой, которая не умеет готовить.
— Я умею готовить.
— Засунуть хлеб в тостер не равно приготовить еду.
— Ребят, ну хватит, это… — Маша пытается влезть между нами.
— Мила, где мой телефон? — по квартире разносится голос Артема.
Глаза Маши и брата расширяются, и я почти вижу, какие предположения формируются в их головах.
— Телефон на кухне, — кричу, чтобы Артем услышал, затем обращаюсь к шокированной паре. — Нет-нет-нет, я знаю, о чем вы думаете, и это не то, что произошло.
Влад смотрит на меня с недовольством, а Маша осторожно наблюдает за ситуацией. Я чувствую, они не слишком доверяют моим словам, но и не хотят ссориться. Это реально сложная ситуация.
— Тогда почему он здесь? — м-да, их встреча с Артемом сейчас не самая удачная.
— Я была пьяная, и Артем отвез меня домой. Конец.
— Он остался на ночь?
— Э-э, — неуверенно чешу затылок. Я. Не. Помню. — Наверное, да. Я точно не помню.
— Мила, если он…
— Если бы в мою вагину проникли, я убила бы его сама, — разговор становится странным и для меня.
— Мне не нужно было этого знать, — лицо брата морщится в отвращении.
— Ну, теперь ты знаешь.
Артем выходит к нам, что-то печатает в телефоне и приподнимает брови, вероятно, читая сообщение.
— Что такое?
— Мг, мой брат хотел знать, был ли у нас, ну-у, знаешь, — проделываю пальцами незамысловатый, ясный всем жест, — ну-у, секс.
— Мы вроде бы сошлись на том, что не повторим, — Артем отрывается от телефона и ворчит.
Сжимаю кулаки, выругиваюсь про себя. Он идиот?
— Не повторим? Что за хрень?
— Артем не это имел в виду, — пинаю его ногой.
— Ага, — кивает моя проблема. Влад явно не производит на него впечатления. — Я все равно хотел кое о чем поговорить, так что хорошо, что ты здесь.
