Вивьен заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь, поправила воротник пальто, несколько раз глубоко вздохнула и только после этого поднялась к главным дверям из мореного дуба.
Латунная ручка холодила голую ладонь — перчатки Вивьен забыла, слишком торопилась увидеть герцога и заключить с ним сделку.
В гулком и просторном холле полицейского управления с последнего визита Вивьен многое изменилось. Не в центре, но чуть сместив к стене, чтобы не перегораживать проход к лестнице, стояла елка. Высокая и пушистая. Флажки свисали с потолка, но в отличие от обычных разноцветных флажков, украшавших город, эти были с гербом полиции.
А конторка дежурного была увита еловой гирляндой — конструкцией из переплетенных между собой еловых веток. Ветки сначала вымачивали в специальном растворе, усиленном магией, из-за чего те размягчались и становились эластичными, а иголочки намертво присыхали к основанию.
Вивьен потрясенно замерла на мгновение, запоздало сообразив, что уже весь город, и даже это мрачное и холодное пристанище закона, готовы к Рождеству. Только ее магазин еще не соответствовал атмосфере.
Пообещав себе заняться украшением завтра же, Вивьен хотела уже подняться на второй этаж, к комиссару — расположение его кабинета она запомнила. Но ее отвлекли.
Потрясенная преобразившимся видом полицейского управления и уделившая больше внимания елке, чем людям вокруг, Вивьен не сразу обратила внимание, что происходящее перед конторкой дежурного было ей знакомо.
И дребезжащее негодование, и красная шубка, и несчастный вид полицейского, вынужденного смиренно сносить оскорбления. Дама, что в прошлый визит Вивьен жаловалась на соседей, и на этот раз не изменяла себе.
— Я действительно не понимаю, что могу для вас сделать. Как вам уже известно, документы были оформлены по всем правилам. Мадам на законных правах арендует этот дом. — с несчастным видом произнес дежурный в ответ на очередную вспышку злости дамы в красном.
— Какие еще законные основания? Откуда, как вы думаете, у нее могли взяться деньги на аренду дома в приличном районе? Очевидно же, она чья-то любовница! Живет там одна, с ребенком! Как думаете, откуда взяться мальчику у незамужней женщины?
— Это ее племянник…
— И вы в это поверили?! Неужели вы правда считаете, что документы подделать так сложно? У женщины, опустившейся до того, чтобы быть чьей-то любовницей, не может быть совести.
Вивьен невольно задержалась в холле. С интересом прислушавшись к негодованию дамы в красном, она рассеянно расстегивала пуговицы пальто — в холле было очень даже тепло и приятно пахло хвоей.
Того, что Вивьен услышала, хватило, чтобы понять: люди, купившие дом рядом с этой дамой, недолго продержались и решили переехать, но продавать жилище не стали, вместо этого запустив в дом арендатора.
Незнакомой женщине с племянником Вивьен искренне сочувствовала, так как не сомневалась: всё то, что дежурный вынужден был выслушивать этим вечером, арендатор проблемного дома терпела каждый день.
— Я могу ошибаться, — произнесла Вивьен, не сдержавшись. Она подошла к конторке и мило улыбнулась дежурному, — но разве подобные заявления без веских доказательств не считаются клеветой и не наказываются законом?
Дама угрожающе обернулась и поморщилась. Вивьен она запомнила еще с их первой встречи.
— Снова вы.
— Мне тоже не доставляет никакой радости видеть вас, уважаемая, но раз уж нас вновь свела судьба, давайте послушаем, что ответит этот милый юноша на мой вопрос.
Дежурный и правда был еще очень молод. В управление из полицейской академии он попал всего два-три месяца назад и все еще больше походил на прилежного ученика, чем на стража закона.
— Так и есть, мисс, — с несчастным видом кивнул дежурный. — Если пострадавшая сторона подаст жалобу и сможет найти двух свидетелей, что, как я полагаю, будет совсем несложно, ее обращение в кратчайшие сроки рассмотрят, а клеветник выплатит штраф и компенсацию за клевету. В некоторых случаях также предусмотрены общественные работы от двенадцати до сорока часов. Помощь в богадельне или лечебнице… или любое другое благотворительное деяние из списка.
Если… если виновник уже помогает в каком-то из заведений, его направят туда по запросу.
Парень проговорил всё быстро, на одном дыхании, стараясь смотреть только на Вивьен, потому что покрасневшее злое лицо дамы сбивало его с мысли.
— Как я и думала, очень опасно оскорблять кого-то в присутствие такого большого количества свидетелей.
— Да какое право…
Дама закипала. Она не привыкла, чтобы с ней разговаривали так снисходительно и настолько нагло смотрели в глаза. Вивьен же, в свою очередь, чувствуя, как внутри женщины клокочет ярость, с нетерпением ждала, когда же она вырвется наружу. После тяжелого дня в Вивьен и самом скопилось слишком много не высвобожденного гнева. Хорошая ссора помогла бы ей опустошиться. В противном случае она рисковала просто разрыдаться. А слезы, особенно собственные, Вивьен терпеть не могла.
Назревающий скандал спугнул громкий торжественный возглас: