Для этого нужны они все. Все пятеро и их договорённость. Их совместная сила. С тех пор, как Элиаз и Алия ушли, фактически без объяснений, никому ничего не сказав, прошло много лет. И нет оснований полагать, что они живы. Хотя на самом деле он в этом не сомневался. И ждал, что однажды они вернутся, чтобы продолжить их дело. С тех пор, как они исчезли, это место изменилось. Айвис и Гесса стали собирать маленьких сиобов со всей округи. Что сделало из Паргелиона маленький город Кайро. Видел бы Элиаз, во что всё превратилось. Хотя — получилось неплохо.
Первые эксперименты они начали ещё тогда, сорок лет назад. Найти подходящих детей, подходящие гены, способные жить рядом с пустыней. Способные без угрозы безумия и физических увечий переносить энергии воронок и, может, даже усиливать свои способности в результате такого влияния. И он, хотя сначала был против того, чтобы создавать тут оплот сопротивления из спасённых сиобов, впоследствии увидел всю перспективу. Польза детей была неоспорима. Вдобавок дети рождались, а за ними было удобно наблюдать с самого начала. Появлялись интересные образцы, и он тщательно вёл записи, стараясь отследить нужные проявления, но пока они были ничтожно слабы. И вот теперь — эта девочка.
Покидать Кайро нельзя. Нельзя, даже если половина из них начнёт медленно сходить с ума. Да и, как правильно заметил Айвис, им некуда больше идти.
Некуда. Может быть, некуда идти и ему самому.
Магик встал, открыл дверь, прошёл в лабораторию и, повинуясь порыву, приблизился к фотографиям. И тут же заметил, что снимка, где они впятером, не было. Потеряться фотография не могла.
Он быстро окинул взглядом помещение. Сосредоточился и просканировал его — умело скрытые следы? Но кто?
Прошёлся по комнате, внимательно изучая предметы. Вроде бы все на месте. Открыл шкафы, пересмотрел. Пробежался взглядом по столу. Разве что… не хватает одной из карт. Кто-то забрался к нему в лабораторию, а он даже не заметил следов. Кто-то так умело смог затереть остатки своего присутствия? Айвису или Гессе тут делать нечего — они и так прекрасно знакомы с содержимым этого помещения. Тогда кто ещё мог это сделать? Кто-то из подростков, из взрослых? И зачем? Что они тут искали? Очевидно, они видели материалы. Тогда… тогда необходимо узнать, кто здесь был.
Что-то вязкое под ногами. Липкое, бесформенное. Нет, скорее сыпучее. Ноги погружались в белый песок, медленно, но неотвратимо. Песок был живым, бурлящим и почему-то пах специями. Ей не хотелось сопротивляться. Она ждала, когда песчаная масса поглотит её. И вот она погрузилась с головой. Закрыла глаза. А когда открыла, то увидела необычный пейзаж. Белый, восхитительно белый. Она пошла вперёд в странно звучащей тишине, на горизонте увидела извивающиеся и меняющие форму силуэты. Замерла, пытаясь отследить траекторию их движения. Они вдруг стали приближаться, и…
— Ммм… — Ей показалось, что она услышала собственный стон откуда-то издалека, и сразу же проснулась. Белый песчаный пейзаж пропал.
«Ох, раздери меня гарпии, как же больно». В животе дралась целая ватага разъярённых бродяг, которые периодически перебирались в голову и начинали мутузить её изнутри. Общая слабость не позволяла даже встать с постели, чтобы попить воды. Очевидно, вчерашнее «выступление» как-то повлияло на её физическое состояние — возможно, ушло слишком много жизненной силы. И утром, когда она думала, что сумеет уйти — может, всё равно бы ничего не вышло. Далеко бы она не ушла — нет, не в таком состоянии. Только что теперь?
Айвис не сказал ей ни слова — не обвинял и не оправдывал. Просто отправил обратно в свою комнату. А она внезапно осознала, что сейчас у неё нет сил сопротивляться. И, возможно, почувствовала некое облегчение. По крайней мере, он не послал её на нижний этаж. Хотя Дара подозревала, что он мог выставить охрану у входа, чтобы она не сбежала. Интересно, кто мог бы согласиться стеречь её? Она снова провалилась в полузабытье и проснулась от того, что кто-то, как ей показалось, шарил в дальнем углу комнаты.
— Тихо! Ты что, не видишь, что она спит?
— Вижу. Давай посидим, подождём, пока она… а, смотри, она открыла глаза.
В полутьме Дара увидела Алиса и Лизу. Позади них угадывался силуэт Тео.
— А, это вы.
Они подошли ближе. Лиза попыталась включить небольшой светильник, но тот не загорелся.
— Кажется, генераторы в этом корпусе снова умерли.
Она огляделась, прошуршала и выудила из-под кучи чего-то невнятного старенькую масляную лампу. Вскоре всё преобразилось, подсвеченное мягким светом.
Теперь они отчётливо увидели, как бледно лицо Дары, которая откинула голову на подушку.
— Ты… выглядишь хорошо, — пробормотал Тео.
Возникла неловкая пауза.
— Да ладно. К чему ты это? — Лиза укоризненно посмотрела на друга. — Скажу тебе как есть, птичка. Выглядишь ты ужасно.
— Ну спасибо.
— И что с того? Ты видел, что вчера было? Удивительно, как она вообще жива.
— Или как тебя не засосало в воронку.
— Или что ты… Поговори с нами, чтобы мы знали, что ты способна адекватно мыслить.
