— Я способна. — Дара вяло улыбнулась. — Просто в животе что-то неслабо болит. Так и скажите Айвису. Что не собираюсь я никуда бежать. А если бы и хотела, то не смогла.
— Айвису?
— Ну да. Это же он послал вас меня сторожить?
— Ну ты даёшь. Мы пришли к тебе сами.
— Зачем? После того, что я сделала.
— А что ты сделала?
— Я открыла… открыла эту штуку и отправила Риена прямиком в неё.
Трое переглянулись.
— Да, это было…
— И кто знает, кого ещё могла отправить. Похоже, что я монстр, которого стоит держать на цепи. Но знаете… поговорите с Айвисом. — Голос Дары сорвался, и по щеке заскользила маленькая слезинка.
Лиза подошла ближе и села у кровати.
— Что ты говоришь, птичка? — Она мягко коснулась рукой лба девочки. — Никто так не думает.
— Сомневаюсь. — Дара перестала плакать. — Только прошу вас поговорить с ними. С Айвисом. Я думаю, он… просто скажите ему, что я уйду, как только мне станет хоть немного не так паршиво.
— И куда ты пойдёшь? — Тео подошёл ближе и скрестил руки на груди.
— Не знаю. Мир большой. А я до сих пор его толком не видела. Ой… — Она застонала.
— Ясно, — сказала Лиза. Но, вопреки ожиданиям Дары, её голос не был жёстким. — А теперь послушай.
Она взяла тонкую кисть подруги в свою и немного сжала её.
— Никто тебя не винит. Это было… это было феерично. Да. Феерично.
— Ещё как! Эта воронка как будто вскрылась посреди ничего, как гнойник!
— Алис!
— Ладно, ладно.
— Никто тебя не винит. Мало того — поскольку состязание закончилось внезапно и с таким результатом, то ты считаешься победителем игры.
Дара широко раскрыла глаза от удивления.
— Именно так. Негласным, разумеется. Но — твою силу заметили все. Ты дралась с ним очень храбро, ты держалась. Мы все видели.
— И все признали, — добавил Тео, — твоё неоспоримое первенство.
— А потому — никто не посмеет тебя обидеть. — Лиза снова протянула руку и погладила её по лицу. — Просто надо восстановиться. Представляю, как тебе хреново. Риен здорово тебя прессовал. Может, сломал пару рёбер. Нужно посмотреть. Но воронка…
— Да. Очень болит голова.
— Тогда я займусь твоим восстановлением.
Лиза встала и принялась доставать из сумки какие-то пузырьки.
— Я кое-чему научилась у Гессы. Так что уверена, ты будешь в порядке. А вы — идите.
Парни молча встали и, тронув Дару кто за руку, кто за плечо, вышли из комнаты. Дверь жалобно скрипнула и захлопнулась.
— Ладно. Давай-ка для начала переоденем тебя.
Дара слабо кивнула. Лиза пощёлкала выключателем, и на этот раз свет загорелся. Она покрутила выключатель из стороны в сторону, настраивая интенсивность.
Дара приподнялась на локтях и постаралась сесть. Лиза поддержала её.
— Я смотрю, облачаться в пижаму ты не приучена? — спросила она, глядя на куртку и уделанные грязью штаны, в которых Дара улеглась в постель. Та только хмыкнула. Лиза помогла девочке снять верхнюю одежду, а потом рубашку, пока та не осталась в коротких хлопковых шортах. Лиза критически осмотрела её белую кожу с голубыми прожилками.
— Однако же, какая ты худая. Куда только вся еда девается? Покажи, где болит.
Даро потрогала живот слева пониже рёбер.
— Наверное, это Риен. Ты вся в синяках, как будто тебя жёстко били. Хотя так и было. Сама видела?
— Чего там смотреть.
— Давай. Я принесла тебе кое-какие мази от Гессы, они любого на ноги поднимут через несколько дней.
Лиза принялась интенсивно растирать тело девочки какой-то вонючей мазью. Ощущения, впрочем, были приятные. Сразу стало теплее, и как будто боль снизилась. И руки у подруги были приятные.
Лиза натянула на девочку чистую рубашку и уложила обратно в кровать. Поднесла к губам лекарство, которое мягко обожгло горло. Хотя, запах, конечно, тоже был не очень.
— Это поднимет тебя на ноги. Не завтра, так…
Лиза ещё раз критически осмотрела Дару.
— Губы тебе бы тоже не помешало смазать для заживления. — Она прикоснулась пальцем к запёкшейся крови. — Завтра придумаю.
— Спасибо тебе.
— А теперь спи. Поговорим, когда придёшь в себя. Только знаешь… я скажу кое-что сейчас. Прости меня.
— За что?
— Я должна была продолжить состязание. Но мне стало больно и страшно. Вот и всё. И я скинула это на тебя.
— Не стоит, — ответила Дара уже в полусне.
— И ещё кое-что.
— Да?
— Леста умерла.
— О… Когда?
— Ещё вчера. Завтра похороны. Но тебе не обязательно идти.
— Ладно. Только… ты как? Я знаю, вы с ней…
— Ничего. — Лицо Лизы, освещённое светом ламп, стало бледным и отрешённым. Глаза безразлично смотрели в стену. — Я уже давно с этим смирилась.
Она встала и, поправив одеяло, полушепотом добавила:
— Ты лучше поспи. Я посижу с тобой. Вон там, за столом. Так, на случай, если тебе что-то будет нужно.
— Спасибо, Лиза.
Последнее, о чем подумала Дара, прежде чем погрузиться в полузабытье, было то, почему за весь день ни разу не объявилась М3.
