И однако Хальтрекарок страшно разозлился. А когда гхьетшедарии страшно злятся – они переходят в истинный облик. Холеного красавчика сменила огромная тварь со множеством языков и щупальцев.
- Я убью вас всех!!! – заорал он, нависая над гохерримами.
Роскандрахар и Грагголовагг выставили клинки. Демкельдегрор помог подняться Гаштардарону. Аархарок, закрывший рот, вздохнул, глядя на легионеров, и сказал:
- Я один против четырех гохерримов. Мне помогают грудной младенец и вот эта истеричка, которая дрыгается и вопит, но по сути я один. А ведь потом скажут... скажут!.. что нас было трое.
Фурундарок раздулся от ярости... но ответить не успел. Воздух пронзило шпагой Демкельдегрора. Демон-младенец успел исчезнуть и переместиться в другое место – но гохеррим уже мчался следом.
- Гохеррим с шампуром, - скривился Аархарок, отбиваясь одновременно от Роскандрахара и Грагголовагга. – Выбрал противника по себе?
Гаштардарон тем временем снова схлестнулся с Хальтрекароком. Эту битву нельзя было назвать славной – гхьетшедарий дрался неспортивно. Повсюду мелькали языки и щупальца, но они только отвлекали. Закрывали обзор. Мельтешили, не давая добраться до уязвимого места.
В основном же Хальтрекарок бил аурой. Разил Гаштардарона просто демонической силой...
Хальтрекарок быстро проиграл.
Меч Гаштардарона отхватил несколько языков и щупальцев. Визжа и брыкаясь, гхьетшедарий попытался телепортироваться, но они были уже в сцепке – и гохеррим удержал его, не дал сбежать. Гаштардарон замахнулся для финального удара...
- Довольно! – раздался громогласный рев.
Всех расшвыряло в стороны. Гохерримов, гхьетшедариев – их будто схватили невидимые руки. Не без труда поднявшись, семеро противников уставились на Мантафарэда, вексиллария Восьмого легиона, и стоящего рядом мужчину, удивительно похожего на Аархарока.
Сам Аркродарок, Повелитель Сущего.
- Ну и что вы тут устроили? – брезгливо спросил Мантафарэд.
- Махач! – простодушно отозвался Грагголовагг.
- Я вижу, что махач. Это вы молодцы, ничего не скажу. Но с кем вы машетесь-то, как считаете?
- С гхьетшедариями.
- Именно. Нашли с кем драться. Позор. Вы бы еще со свиньями в хлеву драться пошли.
- Мантафарэд, я что-то сейчас не понял, - повернулся к нему Аркродарок. – Я верно расслышал, что ты сравнил моих сыновей со свиньями?
- А что я еще могу сделать, если они по-свински ведут себя в гостях?
- Ма-а-ахач!.. – заревел Грагголовагг, с обожанием глядя на своего вексиллария.
Брови Аркродарока гневно скрестились. Однако на своих сыновей он тоже смотрел недобро. На отведшего взгляд Аархарока, на радостно ржущего Фурундарока, на демонстративно утирающего кровь Хальтрекарока.
- Кто из вас четверых ранил моего сына? – с отвращением спросил Аркродарок.
- Я, - не стал отрицать Гаштардарон.
- Молодец, - неохотно сказал демолорд. – Может, хоть это научит его не быть такой тряпкой. Твое имя?
- Гаштардарон.
- Это тебе от меня, Гаштардарон. В знак уважения.
На счет в Банке Душ капнул десяток условок. Гаштардарон сразу это почувствовал.
Правда, его это скорее разозлило, чем порадовало. Не нужны ему подачки от гхьетшедариев. Тем более – за избиение собственного сына.
Это больше похоже на оскорбление, чем на награду.
А уж как разозлился Хальтрекарок – надо было видеть. Скуксившись, он уставился на отца и стиснул кулаки.
- Тебе нужны были гохерримы, Повелитель? – осведомился Мантафарэд. – Эти четверо – мои лучшие. Подойдут?
- Нет, - чуть промедлив, сказал Аркродарок. – Лучше выдай мне самых хилых. Тех, которых в случае чего не жалко потерять.
- Это для чего же?
- Для чего – не твоя печаль. Есть у тебя такие?
- За самыми хилыми – не в мой легион, - уклончиво ответил Мантафарэд. – Поищи таких в другом месте.
- Ты смеешь отказывать мне? – чуть прищурился демолорд.
- Гохерримы не разбрасываются другими гохерримами.
