Его друзья, понятное дело, давно обзавелись собственными домами. Роскандрахар владел поместьем на Золотых Холмах, Грагголовагг снимал квартиру где-то в Мпораполисе, а Демкельдегрор жил когда у очередной возлюбленной, а когда у отца, прославленного вексиллария Тасварксезена.
В этой компании Гаштардарон оказался единственным из четвертого поколения. Грагголовагг и Демкельдегрор принадлежали к третьему, а Роскандрахар вообще ко второму. Впрочем, в нынешние времена даже четвертые могут считать себя близкими к Древнейшему – все-таки со дня Разделения минули десятки тысячелетий. Среди гохерримов есть уже и такие, которых от изначальных Зубов отделяет добрая сотня поколений. Кровь перемешалась так, что иные числят среди предков обе Челюсти, а у кого-то и вайли затесались.
Этих, впрочем, Гаштардарон недолюбливал. В их Восьмом легионе был странный гохеррим-полукровка, рожденный от чужеродного демона из-за Кромки. Весь покрытый волосами, с хвостом и копытами, с почти что козлиной мордой вместо лица... право же, матери следовало задушить этого уродца в колыбели.
Его не слишком привечали. Он не любил сражаться, не умел весело проводить время, обожал гадкие шутки и постоянно над всеми насмехался. Вексилларии уже не раз перекидывали этого Клюзерштатена из легиона в легион – он нигде не мог прижиться.
Такие обычно плохо заканчивают.
С очередной шутки этого дуралея начался и очередной день Гаштардарона. Он крепко спал после ночных учений, когда дверь в казарму резко распахнулась. Стоявший на пороге Клюзерштатен колотил черпаком в кастрюлю и визгливо гомонил:
- Встаем на набег!.. Встаем на набег, гохерримы!..
Гаштардарон проснулся мгновенно. Набег!.. Первый набег за все то время, что он в легионе! Ничуть не рассердившись на разбудившего, он призвал меч, молнией вылетел из казармы... и оказался посреди обычной казарменной жизни. Рыли землю унылые храки, спорили о чем-то два чрепокожих, обрызгивал раненого разврага Жертвенный.
- Потерял что-то, легионер? – проворковала роскошная самоталер.
Гаштардарон гневно втянул воздух и развернулся к Клюзерштатену. Тот, впрочем, уже испарился – что-что, а исчезать этот козломордый умел лучше всех.
Да к тому же шутка ему понравилась. На следующее утро он разбудил Гаштардарона точно таким же образом – и снова смеялся до колик, пока тот растерянно озирался во дворе перед казармой.
Гаштардарон бы вызвал Клюзерштатена на дуэль, да не хотел становиться посмешищем. Козломордый и в пол-эфирки не ставил кодекс чести. Все дуэли, на которые его вызывали, превращались в цирк, клоунаду. Он даже не пытался обнажать клинок, свою трость-шпагу. Просто скакал вокруг противника, ядовито комментировал его внешность и манеры, а иногда падал на колени, рыдал и подставлял горло. При виде такого позорного поведения гохерримы терялись, и дуэль заканчивалась техническим поражением Клюзерштатена.
Но ведь на третье утро он точно так же поднял Гаштардарона своими криками – и тот в третий раз купился. У него аж пар из ушей пошел, и он даже пожаловался троим своим друзьям. Попросил совета насчет ситуации.
Роскандрахар посоветовал не придавать значения, но если уж совсем невтерпеж – все-таки вызвать Клюзерштатена на дуэль, переломить себя и прирезать недоноска, что бы тот ни вытворял. Это неспортивно, но вряд ли кто-то в легионе станет Гаштардарона укорять.
Грагголовагг посоветовал на дуэль не вызывать, но и не терпеть. Просто подстеречь Клюзерштатена в каком-нибудь укромном местечке и отмутузить плоской стороной меча. Крови не проливать, клинка не пачкать. Подобные ему такого не заслуживают.
Демкельдегрор посоветовал не начинать драку первым, а отплатить шутнику его же монетой. Выяснить, где тот живет, и закидать его дом навозом. А если Клюзерштатен обнажит клинок – тут-то и убить со спокойной душой.
Никого не смутило, что Клюзерштатен, вообще-то, сын самой Эсветаллилы, Ключницы Паргорона. Единственной среди демолордов-гохерримов женщины. Всем же известно, что свое отродье Ключница знать не желает и в легион Мантафарэда законопатила в надежде, что здесь его либо перевоспитают, либо убьют. Кто-кто, а она точно не будет в претензии – в отличие от своего сына, Эсветаллила кодекс чтит.
Так что Гаштардарон немного поразмыслил и решил соединить советы всех троих друзей. Перестать реагировать, дождаться, пока Клюзерштатен подставится, и дать ему в рыло. Если он после этого нападет – убить без вызова.
И на следующее утро он так и сделал. Чуть вздрогнул, когда раздался привычный уже вопль, но остался лежать, где лежал. Терпеливо слушал, как Клюзерштатен разоряется, терпеливо ждал... а потом его швырнуло на пол.
- Почему не встаем, легионер? – хмуро спросил Мантафарэд, поднимая Гаштардарона за шкирку и выволакивая из казармы. – Не спи, набег прозеваешь.
Другие гохерримы уже седлали коней. Развраги строились в шеренги. Совершенно растерянный Гаштардарон поискал взглядом Клюзерштатена – но того нигде не было.
- Вот скотина... – пробормотал юноша, вихрем уносясь в конюшню, за Жевуном.
