Были тут, конечно, не только хищники. Некоторые растения тоже проявляли агрессию, но большая часть все-таки спокойно росла – и ими тоже многие питались. Но поскольку окружали их сплошь кровожадные демоны, местные травоядные либо выглядели живыми танками, либо отлично умели убегать или прятаться.
Этих последних Лахджа не сразу даже заметила. Одни мимикрировали так, что мало отличались от невидимок, другие использовали какую-то магию, заставляющую их не замечать. Даже на нее она немножко действовала, хоть она и демон... высший демон, кажется.
Лахджа все еще не была уверена.
Так что первым она облюбовала одного из танков. Громадную бронированную тушу с наползающими друг на друга шипастыми пластинами. Хвост – жуткая колючая метелка, как у... на Земле просто нет аналогов.
Глаз у зверюги был всего один. Пылающее багровое око, закрытое прочной мембраной. Кроме него на молотообразной голове были два толстых рога и что-то вроде костяного тарана. А вот пасти Лахджа поначалу не увидела, но потом обратила внимание, что там, где монстр проползает, остается чистая земля. Значит, рот у него на брюхе, как у морской звезды. Шесть мощных лап были такими короткими, что он как раз доставал.
Лахджа примерилась. Гигантский травоед поневоле вызывал уважение, она не собиралась его недооценивать. Логичнее всего держаться подальше от хвоста и от морды. То есть нападать нужно сбоку или сверху... но там он и надежней всего бронирован.
Однако хватит ли этого, чтобы спастись от высшего демона?
Лахджа попыталась превратить руки в клинки. И не только руки. Целиком стать этаким копьем, живым буром... какой там металл самый прочный?..
С металлом не вышло. К своей досаде Лахджа обнаружила, что в превращениях ограничена не только по размерам, но и по материалу. Только органика, только углеводороды.
Что ж, все равно неплохо. Костяные лезвия тоже хорошо режут. А силу удара обеспечат и обычные мышцы.
Потренировавшись на деревьях, Лахджа снова нашла этот травоядный бронетранспортер. Быстрым бегом он не отличался, далеко утопать не успел. По джунглям передвигался без страха – видимо, прорваться сквозь его шкуру мало у кого получалось.
Лахджа решила бить наверняка. Она взлетела повыше, прицелилась поточнее, превратила половину себя в толстый тяжелый рог – и стала набирать скорость. Каким бы там ни был панцирь чудища, он не выдержит.
Монстр до последнего не двигался с места, лениво жуя траву брюхом. Но когда воздух засвистел от пикирующей Лахджи, он среагировал... очень неожиданным образом.
Лахджа была готова к тому, что он попытается отскочить, или ударить головой, или хвостом. Но она совсем не была готова, что зверь просто взглянет на нее – и шарахнет плазмой из глаза!
Потом Лахджа узнает, что это чудовище называется антарнохом и вообще-то безобидно... если к нему не лезть. И лезть к нему мало кто осмеливается, потому что его единственное око сжигает все на своем пути. Но сейчас она просто рухнула воющим куском горелого мяса. Катаясь по земле, Лахджа сбила огонь и едва успела увернуться от второго выстрела. Глаз монстра сразу после выстрела посерел, но быстро наливался багровым.
В итоге первая охота Лахджи закончилась эпичным провалом. Она трусливо сбежала, роняя ошметки горящей плоти. Преследовать ее антарнох не стал, да и не сумел бы. Удовлетворившись тем, что прогнал задиру, он снова принялся невозмутимо перетирать траву.
К счастью, регенерация у Лахджи оказалась превосходная. Полностью восстановилась она в считаные минуты, но к огнеглазому чудовищу больше не сунулась. Утолила голод мелкими зверьками, похожими на зайцев с щупальцами и без шерсти. Лахджа их уже приметила, но поначалу посчитала недостойными себя. Хотела сходу взять самый крупный трофей.
Теперь у нее поубавилось высокомерия.
Эти «зайцы» в качестве способа выживания избрали скорость размножения. Они откладывали яйца с такой скоростью, что все местные хищники их жрали в огромных количествах, но истребить не могли.
А доев вторую тушку, Лахджа обнаружила еще один нюанс. «Зайцы» оказались ядовитыми. Не целиком, большая часть мяса была вполне съедобна. Но среди их мышечных волокон встречались чуть отличные по цвету, с каким-то оливковым оттенком. И вот они были настолько токсичны, что ее снова вывернуло.
- Господи, просто дайте мне умереть... – простонала Лахджа, стоя на четвереньках и орошая траву рвотой.
Видимо, вся местная фауна или иммунна к яду, или умеет есть «зайцев» правильно. Но Лахджа не умела, поэтому пережила очередной неприятный момент.
Зато она обнаружила, что ее метаморфизм и регенерация в связке отлично справляются с отравлением. Так что она все равно съела целую кучу «зайцев», просто теперь вытаскивая эти оливковые прожилки.
Худо-бедно утолив голод и нахлебавшись воды из ручья, Лахджа решила, что жить в лесу не хочет. Не по ней такое. Лучше уж вернуться к Хальтрекароку, а то тут одни монстры и грязь.
