Элементали недоуменно уставились на Авруга.
Они не были похожи на людей или симов. Даже на карикатурные подобия, на детские рисунки. У земляных не было ног, они ползали, словно слизни. У каменного ноги были, зато тело состояло из отдельных скал, каким-то волшебством удерживающихся вместе.
И ни у одного не было лица. Ни глаз, ни носов, ни ртов. И все же Авруг как-то понял – на него недоуменно уставились.
Элементали принялись общаться. Каменный грохотал и скрежетал, земляные шелестели и жирно булькали. Наконец один из земляных вздыбился, и из его бока высунулась палка... ствол. Древесный ствол, явно принесенный из Чудесного Леса. За пределами Элементарии ее обитатели погибают не мгновенно, поэтому ненадолго все же за границу суются.
Этой палкой-деревом элементаль со всего размаху ударил Авруга. Размозжил голову. А когда сим снова ожил, другой элементаль схватил его за шкирку и насадил на острую ветку.
Вот сейчас Авруг ожил не сразу. Чарам потребовалось время, чтобы удалить из него такой крупный инородный предмет. Юноша снова и снова воскресал с веткой внутри, снова и снова погибал – и так, пока ветку не «сжевало». Эти постоянные толчки размолотили ее в опилки.
- Как захватывающе! – донесся голос Россильяни. – У меня даже голова закружилась от стольких возрождений! Продолжай, Авруг!
- Мне кажется, мы узнали уже достаточно?.. – с надеждой спросил сим, которого снова схватил за шкирку элементаль.
Они были крупнее Авруга. Намного. Земляные – раз в пять, а каменный – минимум в восемь. И сейчас каменный снова посадил его на палку-ствол, взмахнул ею... и швырнул Авруга что есть силы!
Сим улетел вспашки на три. Его размазало оземь, но уже пару секунд он стоял невредимым – и зашагал дальше.
- Ух, как мы высоко летели! – раздался в голове голос. – Увлекательно, не правда ли?
- Летел-то в основном я, профессор, - напомнил Авруг. – Вы-то все еще у себя в кабинете.
- Но ощущения-то я испытал те же, - напомнил Россильяни. – Даже чуть большие. Ты в момент смерти теряешь сознание, а я остаюсь в здравии... и знаешь, это очень интересное ощущение. Я остаюсь на связи с твоим духом, а он благодаря ритуалу остается в твоем теле, но само тело на секунду-другую перестает жить... ох, обезьян, это словно крутиться вокруг дерева на лиане. Дух захватывает!
Еще через несколько часов Авруг узнал, что можно больше не есть. Нет-нет, чувство голода никуда не делось, но от него стало несложным избавляться. При воскрешении тело Авруга восстанавливалось таким, каким было во время ритуала. Память не терялась, мыслительный и остальные духи чары не трогали. А вот физическое тело как бы возвращалось к моменту падения в котел. А поскольку в тот момент Авруг был сыт, он оказывался сыт и после восстановления.
И для этого даже необязательно было погибать. Хватало глубокого пореза. Авруг сам уже увлеченно экспериментировал со своим новым неубиваемым телом, пытаясь поймать ту неуловимую границу, до которой чары еще не срабатывают.
Восстановится ли он, если вырвать шерстинку?.. нет, не восстановился. А две шерстинки?.. а три?.. нет, тоже нет.
А если слегка ушибиться? Не настолько, чтобы лилась кровь. Нет, вот так все еще нет... а вот теперь да!..
- Профессор, смотрите, я тону! – крикнул Авруг, сигая в бурную реку.
Он плохо плавал и пошел ко дну очень быстро. Быстро и захлебнулся. Но это не было больно, и он тут же воскрес... правда, все равно на дне реки. И минуты через полторы снова захлебнулся.
Но за эти полторы минуты он прошел полсотни шагов. А когда воскрес снова – еще полсотни. Смертные паузы были короткими, Авруг раз за разом погибал и возрождался, а на девятом цикле наконец вышел на берег.
- Слишком рискуешь, - проворчал голос в голове. – Что если бы ты провалился в какую-нибудь расселину? Сидел бы там до освобождения Малигнитатиса.
- Э, профессор, вы бы меня спасли! – отмахнулся Авруг.
- Как бы я тебя спас отсюда? Я всесилен только в Чудесном Лесу.
- Да прислали бы кого-нибудь, право же.
- Но пока бы я нашел кого-то, кто согласится отправиться в Элементарию и вытащить со дна реки тупого обезьяна, прошел бы не один день! – в сердцах сказал Россильяни. – И все это время я бы по твоей милости любовался унылым пейзажем речного дна!
- Простите, профессор. Я буду продумывать дальнейшие эксперименты.
Но Авруг не сдержал слова. От природы большой растяпа, теперь он мог быть растяпой без вредных последствий – и его это как будто опьянило. Поначалу опасливый и нервный, теперь он шагал по Элементарии, словно по земляничной полянке. Задирал диких элементалей, врывался в бушующие смерчи и прыгал под живые молнии.
Один железнорудный элементаль так разозлился на дерзкого сима, что раз двадцать подбрасывал в воздух, разрывал в клочья, раздавливал в лепешку... а Авруг только смеялся.
Так он добрался до самого сердца Элементарии, до высоченных гор, на месте которых в древности был город. Говорят, когда на Парифате бушевали Волшебные войны, именно здесь выплеснулись чары неслыханной мощности, что до сих пор окутывают Элементарию.
