Вал обвила его шею и прильнула к нему, отвечая на поцелуй. Руки Говарда сжали ее тело. Его пальцы впились в нее, причиняя ей боль, но Вал понимала, что Говард делал это неосознанно. Испытывая сожаление и душевные муки, он страдал. Сожалел о содеянном. Понимал, как низко поступил. И считал, что не заслужил ни ее прощения, ни этого поцелуя.
Все это только сильнее убедило ее, что Говард изменился. Она могла отбросить сомнения и принять его.
Долгий эмоциональный поцелуй закончился словами Говарда, которые он хрипло выдохнул ей в губы:
- Ты простила меня? Могу я надеяться… - спазм сдавил его горло.
Валери подняла руку и коснулась ею темного локона, свисающего с его лба, а затем убрала его назад, запустив пальцы в волосы.
- Можешь, любимый, можешь. – Она опустила руку и провела ей по его щеке, лаская взглядом лицо. - Ты можешь надеяться, что я буду с тобой.
- Ты примешь мои руку и сердце? Станешь моей женой?
- Да.
Из груди Говарда вырвался вздох облегчения, после чего он опустил голову и прижался виском к ее виску.
Валери тоже расслабилась и закрыла глаза. Оба наслаждались моментом сближения. Но уже через секунду Говард приподнялся и сел на колени, а потом достал из внутреннего кармана фрака красную коробочку, открыл ее, достал кольцо и, взяв руку Вал, без спросу надел его на ее безымянный палец.
- Вот теперь ты точно моя! - с гордым видом сообщил он и, не дав ей полюбоваться обручальным кольцом, подкрепил слова крепким поцелуем.
Валери сидела на коленях Говарда и теребила мужской шейный платок, который топорщился из под сорочки, а заодно любовалась бриллиантом, сверкающим дорогим блеском на пальчике при любом ее движении.
С пола они переместились в кресло, где она непременно должна была сидеть на его коленях, прижатая к груди.
Говард даже на секунду боялся отпустить ее, но когда у Вал затекла нога, позволил ей отстраниться и сесть ровно. Зато теперь ему оказались доступны ее губы, которые он жадно целовал, а в перерывах между поцелуями не переставал говорить. Говорить о своей глупости, планах на будущее, желании все исправить и поскорее сыграть свадьбу. Он перескакивал с одной мысли на другую и не мог закончить ни одну из них.
- Нам следует сообщить твоему отцу о нашей помолвке. Он первым должен узнать, что ты согласилась стать моей женой, а то без этого он не хочет отдать тебя за меня.
- Что?! - поразилась Валери. - Ты уже разговаривал с ним?! Ты просил у него моей руки?!
В лице Говарда промелькнула тень разочарования. Он выглядел расстроенным.
- Ты все еще не веришь мне? Сомневаешься в моих чувствах?
- Наоборот! - ободряюще воскликнула она и в знак подтверждения чмокнула его в губы. - Я поражена тем, насколько для тебя все серьезно! Просто мне непривычно думать, что ты на самом деле любишь меня. Что это не притворство.
- Сейчас я уверен, что влюбился в тебя еще при первой нашей встрече, когда нес на руках. Ты была какая-то… необычная. Не такая как все.
Валери рассмеялась.
- О, да! Мне было чем отличаться от красивых грациозных леди!
Вместо того, чтобы поддержать ее веселье, Говард замотал головой и пылко выкрикнул:
- Ни одна из них не сравнится с тобой! Ты прекраснее всех их вместе взятых! И я каждый день буду доказывать тебе это! Днем - словами и делами, а ночью - ласками!
Стоило Говарду упомянуть о ночах, как его зрачки расширились. В глазах вспыхнуло неуемное желание.
- Черт возьми, что ж мы с тобой тут сидим и теряем время! Пора подумать о свадьбе! Пока дом полон гостей, мы объявим о помолвке! Нужно срочно найти твоего отца!
Направляясь к лестнице, Говард хоть и спешил, но сдерживал себя, чтобы Валери поспевала за ним и не напрягала ногу. Она же думала не о браке, а о Нельсонах.
- Говард, может сейчас не лучшее время это обсуждать, но как быть с Брендоном и Самантой? Я не защищаю их, но мне не по себе от всего что с ними случилось. Брендон виноват передо мной, но не перед тобой. Он ведь продолжал участвовать пари.
- Брендон не имел права прикасаться к тебе. Во время твоего пребывания в доме доктора, мы разорвали пари и он согласился отступить, так как я собирался сделать тебе предложение. Но узнав о разгульности Джипси, его мужское самолюбие взыграло, и он решил доказать, что ты тоже можешь принимать ухаживания сразу двух мужчин.
Валери задумалась.
- А он рассказал Саманте о твоих намерениях?
- Думаю да. Нет, я в этом уверен. После нашего с ним разговора, на следующий день они покинули дом. Саманта выглядела расстроенной. Ей было трудно принять правду.
Валери подняла на Говарда удивленные глаза.
- Так ты знал, что она в тебя…? Что ты ей…?
Он кивнул.
- Я увидел это совсем недавно, когда мы возвращались в Лондон. Она ясно дала мне это понять.
Каким образом Саманта дала ему это понять, Валери решила не выяснять, но боялся ей стало понятно ее сегодняшнее поведение.
- Так вот почему она была так обижена на меня! А я посчитала, что она снова преувеличивает. Как же не вовремя появился Фаррел!
- Фаррел? А он тут при чем?