- Говард мне все рассказал. Он приходил для разговора с Брендоном. Ох, Валери, как же мне стыдно! Стыдно и за себя и за брата! Как Брэндон мог поспорить на тебя?! Он ведь обещал твоему отцу позаботиться о тебе! Он же джентльмен! А повел себя низко. А я еще подбивала тебя ответить ему и принять его ухаживания! Я помогала ему опорочить твою честь! Никто не должен поступать так с честной девушкой! Никто из нас не был тебе другом. Прости меня. Я была к тебе несправедлива.
У Саманты вновь затряслась нижняя губа. Валери обняла ее и заверила, что все в прошлом, а потом они долго разговаривали.
Душевные страдания помогли Саманте и по-другому посмотреть на людей. Она призналась, что влюбилась в Уолтера, и только когда потеряла его, поняла, что он для нее значил.
Говард для нее всегда был тем, кого она себе придумала. Она любила не его, а придуманный ею образ. А вот Уолтера она знала настоящим. Безупречность манер, мягкий голос, обходительное отношение и влюблённые глаза - вот что со слезами вспоминала Саманта.
Она называла себя слепой курицей, так как только слепая курица могла не заметить рядом с собой такого человека. Она мечтала вернуть его расположение, но говорила, что это невозможно. Он никогда больше не захочет ее знать.
Вскоре после ухода Саманты приехал Говард. Он хотел поцеловать Валери, но она остановила его.
- У меня была Саманта.
- Вы помирились?
- А вы?
Говард состроил виноватое лицо.
- Ты против, что я ей все рассказал?
- Совсем нет. Но это было неожиданно.
- Все эти неприятности случились из-за меня. Это я встал между вами и разрушил вашу дружбу. Я сыграл на самолюбии Брендона и затеял пари. Я пригласил Джипси и заплатил ей, чтобы она притворялась влюбленной в него и не отпускала от себя. Из-за меня он поверил в ее чувства. Поэтому именно я должен был первым все исправить.
- Вы с Брендоном помирились?
- Почти, - потер Говард челюсть.
Валери присмотрелась и заметила красный след на его подбородке.
- Теперь вы квиты?
Вместо ответа Говарл притянул ее к себе.
- По крайней мере, мы больше не враги. А мне требуется лечение. Вот сюда, - показал он пальцем на место, которое только что потер. - Ты же излечишь меня своими целительными устами? Моя невеста, будущая герцогиня Солсбери, сжалится над своим женихом и утешит его?
Валери состроила гримасу, но потом вытянула губы и поцеловала его в подбородок.
- А еще здесь, - показал он чуть выше. Она поцеловала его и туда. - И здесь, - остановил он палец на губах, растянувшихся в хитрой улыбке.
Валери с упреком посмотрела на него, а затем обвила его шею руками и накрыла его губы, желая этого поцелуя не меньше чем он.
И вот, спустя четыре месяца, Валери стояла в свадебном платье и смотрела на Саманту.
Брендон был внизу вместе с Говардом. Самыми неловкими и трудными были его извинения. После мировой он еще долго избегал смотреть Валери в глаза и почти никогда не говорил в ее обществе. Лишь подготовка к свадьбе и связанные с нею дела помогли ему расслабиться и вновь говорит с ней как прежде.
- Все! Пора идти! - сложив ладони вместе и смотря на Вал с восхищением, сказала Саманта, довольная видом подруги.
Валери тоже смотрела на себя в зеркале и любовалась своим отражением. Она стояла в платье, сшитое по ее эскизу, в котором соединилось прошлое и будущее. Белоснежное и легкое оно подчеркивало ее фигуру и открывало плечи. Вместо плотного атласа она выбрала невесомую тюль, создающую из нее неземную нимфу, а вместо громоздкого венка в волосы были вплетены белые розочки. Под высокой прической крепилась фата, доходящая до пола.
Как сказала ей Саманта, после этой свадьбы мода изменится, и все невесты будут выглядеть только так, подражая Ее Светлости, герцогине Валери Солсбери в том, какой сшить себе наряд.
Замечание подруги развеселило Вал. Хорошо, что она больше не хромала, а то девушкам пришлось бы еще и припадать на одну ногу, направляясь к алтарю. Пусть ее влияние на моду ограничится лишь одеждой.
Вместе с отцом и подругой Валери села в карету и поехала в Церковь. Говард уже был там и ждал ее.
Стоило Вал спуститься на землю, дождаться, когда двери откроются, отец возьмет ее руку и положит на свою, заиграет музыка и они войдут внутрь, как тут же потеряла связь с реальностью. Валери видела только Говарда. Его лицо. В счастливых глазах блестели слезы.
Потом она услышала голос викария, громкое мужское: «Да» и вопрос, обращенный к ней. Ее «Да» прозвучало тише, но лишь от волнения. Вот, на пальце оказалось кольцо, а в конце последовал поцелуй.
Замужем. Она замужем за человеком из прошлого! За герцогом, с которым никогда не должна была встретиться! За мужчиной, которого любила и с которым хотела встретить старость! Их дети продолжат их род, а их пра-правнуки доживут до ее дней из будущего! Может даже они увидят свою прабабку в молодости!
Насколько бы все это не звучало неправдоподобно, но Валери верила в это. После ее перемещения она уже во что угодно готова была поверить.