Странно, но Настя смутилась. Пнула попавший под ногу камешек, поправила сумку на плече.
— Ладно, давай в ресторан.
С улицы харчевня «Pod lozom» выглядела не слишком привлекательно. Двухэтажный дом типично южной архитектуры — таких у нас на Кавказе полно. Снизу гостиничка, наверху ресторан с террасой, увитой виноградом.
— Нам сюда? — презрительно выпятив губу, спросила Настя.
— Милица сказала, здесь едят местные. Рискнем.
А вот на террасе оказалось неожиданно уютно. Приятный полумрак, прохлада, горка с фонтанчиком, рядом с которым мы и устроились. Тут же прибежал улыбчивый официант, положил перед нами меню. Настя скромно заказала омлет, сок и кофе. Для меня это было что слону дробина, но постеснялся, ограничился тем же. Вообще я обычно ел много, но как-то перегорало, не откладываясь. У нас в семье все были поджарые, да еще в моем доме окопалась тренажерка, куда я ходил на часок несколько раз в неделю.
— Сережа, а можно задать нескромный вопрос? — спросила Настя, когда нам принесли заказ. — Скажи, а почему ты вообще решил со мной поехать? Я ведь тебе сразу не понравилась.
Настя
Вообще я не собиралась бросаться на амбразуры. Потому что подобный вопрос подразумевал аналогичный навстречу, а я уж точно не хотела раскрывать карты. Если хорошо подумать, не было ничего ужасного в том, чтобы сказать: я журналистка, мне надо написать статью об отдыхе с незнакомцем из интернета. Но вот реакция могла быть непредсказуемой. Один скажет: ну зашибись, круто, давай, только фотки покажи сначала, какие в текст пойдут. А другой устроит… драмкружок. И вот почему-то я сильно подозревала, что Сергей и есть этот самый другой.
Спускаясь по лестнице, я увидела его на скамейке. Рядом стояла Милица, они о чем-то мило ворковали по-английски, тут же крутился ее сын. Прямо такая идиллическая сценка. Она посматривала на Сергея с интересом, он на нее — тоже. И так мне стало паршиво, кто бы знал. Что называется, почувствуй себя моральным уродом.
Подлянку я уже писала — одна из первых. Инсайд из внутренней кухни фитнес-клуба. Проработала там три недели сменным администратором. Было неприятно, но уговаривала себя, что никаких названий, никаких имен, никаких фотографий. А если кто-то из работающих в клубе случайно прочитает и узнает по описанию, так я все равно туда больше никогда не приду. Зато сейчас… это было совсем другое.
Но, в конце концов, с какой стати переживать из-за парня, который мне не нравится и которому не нравлюсь я? Да и вряд ли он читает глянцевые журналы, тем более, питерские.
Не помогло. Я шла и злилась. На него, на себя, на Черногорию с Петровацем и на весь белый свет. Пыталась взглянуть со стороны, думала о том, что веду себя как вздорная истеричка, и злилась на это тоже. Наверно, поэтому и на «шаурму» среагировала так, словно укусили за задницу. Ну да, любого питерца раздражают московские словечки и произношение, но мало кто на это агрится. Уж точно не я, поскольку при всей своей грамотности замашками грамма-наци никогда не страдала. Моя любимая белгородская бабушка Нюта говорила «ложи» и «ляжь», гостиную называла залой, а щеколду клямочкой. Но тут меня вдруг сорвало. Я откровенно провоцировала Сергея и не могла остановиться.
Ссоры не получилось. Его «как скажешь» выбило из рук оружие. И все же когда пришли в «ресторан», больше похожий на придорожную забегаловку, я не выдержала. И спросила.
Сергей на секунду оторопел, потом усмехнулся, отложил вилку.
— Честно? Да, не слишком понравилась. Но другие были еще хуже. Ты хотя бы показалась адекватной. Видишь ли, Настя… — он отпил сока, подчеркнуто аккуратно поставил стакан на салфетку. — Не люблю отдыхать в одиночестве. Вообще-то я, скорее, интроверт, но в отпуске мне нужен кто-то, с кем можно поделиться впечатлениями. Один человек, не компания. С девушкой мы расстались, друзья все либо женаты, либо с подругами. Решил рискнуть. Подумал, что ничего не теряю. Получится новые отношения завязать — хорошо. Нет — так хоть будет кому спину кремом для загара намазать.
— А почему было не поехать одному и не найти кого-нибудь на месте? Ах, да, билеты же пропадали.
— Ты всегда такая ядовитая? — спокойно поинтересовался он, но я могла на что угодно спорить, ему явно хотелось дать мне хорошего пинка.
— Всегда.
— Тогда понятно, почему тоже искала себе попутчика в сети.
Я поперхнулась хлебной крошкой и закашлялась до слез. Сергей молча наблюдал. Дождался, когда все закончится, взял из вазочки салфетку, протянул мне. И продолжил, абсолютно без эмоций:
— Я даже спрашивать не буду, почему ты поехала со мной. Какая, собственно, разница? Все уже произошло, мы здесь. Впереди почти две недели отпуска. Можем шипеть друг на друга и злиться, а можем попробовать наладить мирное сосуществование. У нас не будет жаркого курортного романа, но в этом тоже есть свой плюс. Приятно проведем время и расстанемся без сожалений. Никаких драм и страданий. Не знаю, как у тебя, а у меня такое было. Потом целый месяц казалось, что упустил счастье всей жизни.
