Любовь или долг крови? Выбор без выбора!Разве можно было предположить, к чему приведет пари на пятьдесят золотых? Умница Мишель, магесса, только что окончившая Магическую академию Ластера, должна стать на месяц юношей – секретарем герцога де Борея, по странному стечению обстоятельств ее возможного жениха. Заключая пари с герцогом, любимый братец Агжей знал об этом наверняка, но… Вряд ли он догадывался, насколько быстро изменится ситуация. Покушения, таинственные послания, загадочные мужчины быстро уходят на второй план, когда в руки Мишель попадает необычный кулон. Нападения тварей Нижнего мира следуют одно за другим. Они не успокоятся, пока не найдут…Кого?Вот именно это Мишель и предстоит узнать.А пари? Выиграть пари было делом принципа!
© Тата Орлова, 2017
© Художественное оформление, «Издательство Альфа-книга», 2017
Авантюристкой я не была. Красавицей – тоже, просто хорошенькой. По чужим словам. А вот умницей, так это точно, рядом с таким братом, как у меня, другой не выжить. Ну и скуки не терпела, опять же благодаря ему.
Впрочем, это ничуть не мешало нам любить друг друга. Искренне, горячо и желательно на расстоянии.
Последние шесть лет, которые я провела в Академии Ластера, это получалось. Короткие каникулы, во время которых мы встречались в родовом замке де Ланье, были не в счет. Его визиты в академию, где он каждый раз производил фурор своими победами над девичьими сердцами, – тоже.
– Ты подумай… – Агжей наклонился ко мне через стол, успев по пути прихватить с тарелки горсть орехов, которые я приготовила для своей любимицы Бригитты. – Только подумай, сколько я получу, если выиграю пари.
– Ты получишь? – невинно переспросила я, поправив кружевной воротничок пеньюара.
Приехала я в Кларакс поздно вечером, легла в постель уже на рассвете, собираясь отдыхать до обеда. Так бы и сделала, но брат, как обычно, спутал все планы, решив заявиться к завтраку.
– Так и быть, вымогательница, – тяжело вздохнул он, откинувшись на спинку стула, – половина твоя.
– Половина – это сколько? – продолжая мило улыбаться, осведомилась я.
– Пятьдесят золотых, – произнес он таким тоном, словно собирался меня облагодетельствовать.
– Сколько?! – воскликнула я.
Отец с матерью оставили нам с братом хорошее наследство. Дядя, который взял на себя заботу о нас, когда родители погибли во время прорыва из Нижнего мира, не только его сберег, но и сумел преумножить. Так что пятьдесят золотых, пусть даже на каждого, это не те деньги, ради которых стоило ввязываться в очередное приключение.
– Ты не представляешь, что именно я тебе предлагаю. – Голос Агжея заиграл обертонами.
Не на ту напал! На близкокровную родню заклинатели воздействовать не могли.
– Не представляю, – согласилась я, бросив быстрый взгляд на ручную белку, уже давно учуявшую лакомство.
Та устроилась на портьере, уцепившись за нее коготками, и теперь осторожно подбиралась к брату, которого любила с той же нежностью, что и я. А тут еще и орехи, которые он ловко закидывал себе в рот, поглощая их с таким же аппетитом, как это обычно делала и сама Бригитта.
– Мишель…
– Я, – снова улыбнулась я братцу, давая возможность белке оказаться в непосредственно близости от будущей добычи.
Если уж быть точной, то белкой Бригитта не была. Метаморф с Иркасы. Полуразумный звереныш размером с небольшую кошку, способный принимать любые формы в пределах своей массы.
Ко мне она попала еще слепышом. Когда доросла до той степени самостоятельности, которая позволяла не умереть с голода и не попасть в сети ловцов, уходить от меня отказалась. Пришлось зарегистрировать считавшуюся подучетной тварь в соответствующем ведомстве и дать ей имя. Теперь метаморф стала Бригиттой, а я – владелицей, как оказалось позже, довольно редкой, способной самооплодотворяться особи.
– Всего два слова… – Глаза Агжея сияли, они меняли свой цвет, становясь то золотистыми, то темно-карими, волнующе загадочными.
– Нет, – качнула я головой. Потянулась к уже почти пустой чашечке кофе.
– Три… слова… – Он покатал в пальцах последние два ореха.
Бригитта не шевелилась, но я знала, насколько обманчива эта статичность.
Будучи метаморфом, белка была способна творить со своим телом такие вещи, что даже я, многое видевшая за годы учебы в академии, иногда только диву давалась.
– Нет. – Я с сожалением вернула чашку на место. Поднялась, чтобы в полной мере насладиться процессом трансформации.
Тело Бригитты потекло, его контуры начали меняться, растягиваться. Задние лапки еще цеплялись за портьеру…
– Замри! – Агжей подскочил стремительно. Развернулся в движении, выбросил руку вперед, выставив раскрытую ладонь.
Белка неподвижно застыла, так и повиснув в воздухе. Лишь обиженно хлопали глазки да морщился носик, намекая, что она ему это еще припомнит.
– Теперь выслушаешь? – обернулся ко мне братец.
– Нет, – фыркнула я, подходя к своей питомице. Коснулась пальцем лба между ушками, снимая щит недвижимости, который использовал Агжей, провела вдоль исковерканной трансформацией спинки.
Бригитта зашипела и переместилась мне на плечо с поистине королевской грацией.
– Потеряв сто золотых, ты не обеднеешь. Если хочешь…
– Мишель! – трагически заломив руки, братец бросился передо мной на колени.
Шут! Что тут еще скажешь?
– Я не видела тебя полгода. Скучала…
– Я тоже по тебе скучал. – Он обхватил меня за ноги. – Вопрос жизни и смерти. Если я проиграю…
– Хорошо, три слова, – тяжело вздохнула я. И ведь с самого начала знала, что не устою, но…
– Герцог Эдгар де Борей, – тут же подскочил он. Деловито прошелся по будуару. Дойдя до окна, отдернул штору и выглянул на улицу.
– Герцог Эдгар де Борей, – повторила я, пытаясь вспомнить, кому именно принадлежало это имя.
